Тематический форум ВМЕСТЕ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тематический форум ВМЕСТЕ » Стихи » стихи


стихи

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Не нашла, куда выкладывать стихи. Уважаемые модераторы, перенесите, пожалуйста, в правильную тему. Благодарю!

Зеркала

Задыхаюсь. И нервные пальцы желаньем распяты,
зеркала отражают последнее жаркое танго.
Жёлтых листьев тоска, вкус лазури и спелого манго,
и короткой любви, и потери... и простыни смяты.
Лепестки белых роз... — это пошло и приторно. Всё же
не цветы, и не птицы: два эха, две тонкие тени.
Я впитала тебя. Больно чувствовать бархатной кожей
голод яростных губ на моих обожжённых коленях.
Это просто и честно: душа не имеет запретов,
и стучит в зеркала, и находит своё отраженье.
Отпускаю тебя, — знаю, больно земли притяженье...
Мы придумали нас нелюдьми, и забыли об этом.

Марионетки (цикл)

-1-

А я дарила себя по каплям,
хотя казалось: пустое - пусто.
И я творила своё искусство -
по коже ржавым узором сабли.
А я дарила себя - навылет:
трамвайным встречам, ночным вокзалам.
На дне болота тропу искала,
а вы спросили меня о крыльях...

-2-

Кто я? - Никто.. Обнажаюсь по памяти,
чувствуя след неостывшего... К прошлому
не возвращаются неосторожными
точками, кляксами - можно пораниться.

Кто мы? - Молчит тишина обоюдная,
резали счастье глазами голодными.
Наша - не наша? - Любовь подколодная,
солнце в квадратике станет этюдом.

Что не своровано? - Жизнь разбазарена,
продана, роздана, просто подарена -
всем проходящим с ботинками грязными,
всем - никому. Одиночество в праздники.

Чай остывает. И окна завешены
шторами, снами, стихами, депрессией.
Камням не молятся. Идолы свержены.
Мыльная опера. Новая версия.

В нашем театре мы стали скитальцами.
Зрителей нет. Да и вряд ли прославишься.
Кто мы? - Ответа не будет, лишь клавиши
чутких роялей рыдали под пальцами.

-3-

Ты права. Меня нет и не будет.
Нерождённый, невыпавший снег.
Ночь горячую память остудит
и ускорит неначатый бег.
Просто тени и эхо в потёмках,
просто кем-то оставленный след...
Глупо смазывать рану зелёнкой -
не болит у того, кого нет.
Что-то хнычет распутное время.
Три часа... Стрелка падает вниз.
Оставайся с прощёнными - с теми,
кто за мной не шагнул на карниз.

-4-

Колючие губы на память зажав в горсти
по новым дорогам - бороться за право жить.
За право мечтать у окна или пить с ладоней...
Подхвачена ветром на скользком пологом склоне
лечу, расцарапав колени своей души,
и кто-то с размаха в затылок кидает камень.
...А я так хотела детство в себе нести...

***

Я промолчу. На свете мало слов,
способных вынести всю искренность разлуки,
и глубину её — в разломленные руки
не уместить... за гранью всех основ,
вплетаясь в ветер — зыбкий силуэт
твоей души к моей ещё стремится...
В январском небе непокорной птицей —
/непокорённой/ для тебя я буду петь.
Когда плетённый вязью тонкий плед
рассветным облаком твои укроет плечи,
когда тоской измерит время вечность,
и сможет даже миг очеловечить,
и ты сумеешь, наконец, прозреть —
я буду петь, я буду петь без слов -
немой лазурью, тенью облаков,
и тишиной ночной у изголовья...
и поцелуем — в паутину глаз,
и страстью — неслучившейся для нас,
и незнакомой никому любовью.


...А над городом осень

...А над городом осень... И лета почти не видела.
Где-то было тепло - обтекало твоими объятьями.
Где-то были моря. А в моей полуночной кровати
только куча таблеток и фото, и кашель обыденный.

Где-то были улыбки, свидания, мир под парусом,
золотистый песок, уверения "мы повенчаны",
пробуждения рядом. Дыхание. Сорок градусов
по горячей спине полудевочки-полуженщины.

А в моём сентябре - только листья в признаньях шепчутся,
и над городом осень летит журавлиным плачем,
и попытки уйти в перекрёстках квартиры мечутся,
ведь попытки остаться уже ничего не значат.

***

Крошишь любовь-свиданье,
крошишь любовь-потерю.
Мне ничего не надо,
я никому не верю.

Это совсем не горько –
знать, что не будет «завтра».
Мы написали книгу,
но позабыли автора.

Но позабыли буквы,
мысли, сюжет с названьем...
Мне ничего не надо,
даже твоих признаний.

Диалог

-1-

Я уже не могу промолчать - слишком долго немая...
Научилась глотать и слова, и эмоций соцветья,
научилась любить - не прося, ни о чём не мечтая,
и смеяться над болью, ступив на дорогу бессмертья.
И простуженным горлом не петь серинады, не плакать...
За окошком весна - но какое мне дело до марта?
Если чьи-то цветы и объятья - лишь фон на закате?
Та же дней чехарда... что вчера, что сегодня, что завтра...
Ты ведь знаешь, родная,  за миг из последних столетий
мы прошли сто миров, и к началу не будет возврата...
Ты устанешь считать, сколько было на сердце отметин.
Я застыну в секундах, бегущих в кругу циферблата.

-2-

Ты со мной говоришь, а мне кажется, время застыло
в промежутке миров, в этом вечере - жадном без меры.
Ты меня научи, как мне быть ни последней, ни первой,
как ходить по земле,  озарённой небесным светилом?
Как забыть и стереть эти острые, вечные звёзды -
наши прошлые сны и поистине сладкие песни,
первобытную страсть - словно танго заточенных  лезвий,
поцелуи зимы и объятья на ветре морозном?
Я бежала к тебе под дождём совершенно босая,
в пьяных бликах луны танцевала крылатую нежность.
Научи меня жить, дорогая,  принять неизбежность,
затирая до дыр нашу память, своей не касаясь...

Невозможно

-1-

Не молчи. Невозможно по каплям ловить тишину.
Отпусти на рассвете в страну нескончаемых песен.
Обмани на мгновенье... а я улыбнусь и пойму:
этот мир, что сжимает в кольцо, для двоих - слишком тесен.
Нет дороги вперёд, а за нами - метель замела
всё, что было (случалось во сне) или грезилось... мимо -
остриё моих взглядов, и ты не находишь тепла
в моём сердце, в котором давно не осталось любимых.
В странной женщине странностей нет, - просто ты не поймёшь,
что цветы под дождём погибают по собственной воле.
Все улыбки фальшивы, слова - обнажённая ложь:
и шипы белых роз, и занозы - предвестники боли.

-2-

В этом мире пленённых сердец я тобою потерян.
Как разбитую вазу не склеить любовь по осколкам.
Но предательски шёпот в груди (слишком острый и тонкий):
"Мы по запаху ищем печаль, как голодные звери".

Мы по запаху помним объятий прожитых мгновенья,
но расстаявший снег - просто лужи на чёрном асфальте.
Мы глотаем рыданья и ждём, что наступит забвенье,
рвём зубами тепло, отдавая мечту на заклятье.

Есть ли нежность? Не знаешь. И я - первобытное чувство,
обнажённая плоть... Прикасайся ко мне осторожно.
Быть с тобой до зари - для меня стало просто искусством.
Быть с тобой до заката - наивно. И так невозможно.

...и отсчитывать  время

Когда погибает за окнами утро,
воруя последние капли надежды -
прощения просит серьёзная мудрость,
прощение просит печальная нежность. -

За танец теней на углях раскалённых,
за шрам - поцелуев оставленный слепок,
за маски сердец, до беды воспалённых,
за острое счастье и лестницу в небо.

А пальцы-лианы струятся по коже,
и взгляд колдовской погружает в пучину...
Остаться-уйти-умереть невозможно.
Мы - странные куклы. Мы - неизлечимы.

Зализывать сладкое, липкое бремя,
свернуться в клубок, задыхаясь от боли,
Смириться... как узник смирился с неволей.
И слушать часы. И отсчитывать  время...

Yпали (Цикл)

-1- Карусель

Карусель... Догоняя, мы мчимся с тобою по кругу,
наша вечность осталась в разорванной болью минуте.
Пережить. Переплыть эту тонкость - за гранью испуга
я сходила с ума без притворства и тихо до жути.

"Моё рыжее чудо" с улыбкою солнечных бликов,
паутинкой распяты давно обнажённые нервы.
В никуда - сто дорог, сто шагов не хватило до крика.
Мы над пропастью думаем: кто же сломается первым.

Мы над пропастью... Падаем... Крылья - бумажные руки -
от ветров и потерь просто рвутся на две половины.
Невозможно - уйти. И остаться, играя в невинность.
Невозможно - забыть. И смеяться у края разлуки.

-2-

...Сложнее - пахнуть уже вчерашним
и помнить завтра - для нерождённых,
но мы - две капли на листьях клёна,
начало смерти уже неважно.
Почти - пустые, почти - в пустоты
из раны сладкую память крошим.
За грань рассудка - инстинкт животный:
ещё живые - спастись не можем.

...Идти дорогой погибших листьев,
в одной минуте сжигая годы.
Упало солнце. Земные - выси.
И слишком много теперь свободы,
и невозможно теперь - иначе.
От пальцев к пальцам - такие дали,
от сердца к сердцу - клубок печали.
А тени также стоят и плачут.

-3- В этом мире больном

В этом мире больном я теряю своё назначенье.
Кто-то будет - за нас, кто-то против, но нет равнодушных.
Я сгребаю чернеющий снег в засыхающих лужах...
Я теряю себя - по вокзалам, пустив по теченью.
"Ты не сможешь! Не выдержишь! Ты не умеешь - покорно!"
Проглотила. Молчу. Соглашаюсь. Киваю. Позорна?
Пять минут - для полёта, дыхание сбилось до стона.
Клоун падает с неба - за фарс, за любовь из картона.
Неразумные дети - ножами. Терзаем. Калечим.
Чтоб больней, чтобы слаще - до спазмов, до чёрной обиды.
За мгновение нежности, за обнажённые плечи
в полумраке свечей - мы клеймом раскалённым убиты.
Я хотела сама! - Этот вопль, похожий на волчий.
На коленях стою - так ещё никогда не молила!
Безнадёжное сердце стучится в глухую могилу...
Растворяюсь в зрачках и несказанных многоточьях.

-4-

... Полночными птицами - в утро
два стона.
Так рвутся
пальцы,
ломая оковы -
прощание-встреча
нездешней усталости:
мы неземные?
Упали...

-5- Зрелая страсть

Зрелая страсть, зрелая.
Страшная страсть, рваная.
Что же ты со мной сделала?!
...Напишу себя заново...

Напишу себя в повести,
закричу твоим голосом,
залечу своей раною,
нежная моя, странная...

Пальцы на губах впитывать
кожею ночной - тонкою.
До тебя лететь птицею, -
небо из любви соткано.

Небо пополам - падаем.
Поцелуев шрам высечен.
Напишу себя - тысячу,
и отдам тебе - заново.

* * *

А я любила. Но не смела жить.
И робость рук, и жадность, и молчанье...
За Ваше "нет" и за моё прощанье,
за обнажённость раненой души...
...За всё, что не сбылось - в горячих снах
является, незримое, трепещет.
Я не могу дышать - боль рукоплещет.
И жду не веря, и ищу впотьмах.
Ищу себя. Собрать хотя бы раз
мозаику из розовых рассветов,
согреться в мире зыбких силуэтов,
несказанных, но незаживших фраз.
Прости меня, что крыльев больше нет,
на дне души сплошная грязь и слякоть.
Я рада, что ещё умею плакать...
я в эти сны укуталась, как в плед.
Ответь, молю... - дождём, ночной прохладой,
потерей ускользающих минут,
солги, что эти раны заживут -
мне больше ничего от Вас не надо.

...встретимся может быть?

Вечером... вечером... тихо нашёптывать:
Милая... милая... встретимся может быть?
В памяти губы губами растоптаны,
жаром расплющены... милая, что же ты?

Милая... милая... не отпускаются
чувства-слова на листочек доверчивый,
только чернила текут, и мараются
кончики пальцев и локоны-венчики.

В поле ромашковом - сладость падения,
тени гулящие - воспоминания,
платьице тонкое, платьице белое -
птица, дымок, восхищенье, страдание...

Свечка в окне - возвращайся, печальная.
Дни и недели я шорохи слушаю.
Вечером... вечером... было прощание
между двумя несвободными душами.

Осколки дождя

Я пытаюсь понять тишину и услышать дорогу.
Я сломала все грани, шагнула! И вот... - в пустоту.
Мой застенчивый дождь, мой промокший, - в осеннем саду
мы сыграем любовь и станцуем ночную тревогу.
Тихо-тихо, без слёз, без прощаний, без пошлых обид,
без следов на песке и картинно-заломленных рук -
мы другие. Не выжечь, не вытравить этот недуг,
не утешиться и не утешить. Принять, что болит.
Пеленою тумана укутаю голые плечи
и шагну за порог. Я не жду, что за мною пойдёшь.
Будет мир, значит будут разлуки, дороги и встречи.
Я прощаю тебя за неверие, маленький дождь.

Мы не устанем, мы не упадём...

"Мы не устанем, мы не упадём..." -
Глазами одинокого ребёнка
ты шепчешь мне надорванно и тонко,
и прячешь руки под седым дождём.

Уходишь в ночь размытым силуэтом,
ссутулив плечи, сдерживая всхлипы.
А я б могла душой своей разбитой
тебя спасти, укрыв от злого света!

Но я робка... напуганная дура!
Мне б за тобой - ломая все преграды!
Мне б за тобой - растерянной, распятой!
Мне б за тобой!..

А я тушу окурок
в цветочной вазочке своей обиды...
Мне б за тобой - заброшенной, забытой!..

И как упрёк мне песня за окном:
"Мы не устанем... мы не упадём..."
И смотрят в душу беззащитно-тонко
глаза потерянного мной ребёнка.

***

От горечии - в горечь, за счастье - расплата.
Мой мир опустевший -  продрогший насквозь.
Такая зима - время пролитых слёз,
за что этой нежностью снова распята?!
Зачем за улыбками следует боль, -
становится сущностью в смятой постели?
Давно ли бокалы с вином опустели?
Давно ли шутила: влюбиться позволь?
А небо... что небо! - В глазах отражаясь,
вливается в вены осколками слов.
Ты знаешь, я столько дорог прошагала,
нося как надежду разлуку-любовь.

На один мотив-1

Знаешь...

В этих окнах усталых давно не включались звёзды,
на еловых руках не качаются солнца блики.
Этом мир одичал без тебя и, наверное, поздно
строить гнёзда из брёвен, когда остаются опилки.

Только птицы поют о любви до последней минуты,
а у наших сердец отобрали мечту о спасеньи...
Я молчу о тебе... наши губы достались кому-то,
кто без крыльев рождён, но умеет отбрасывать тени.

В бестелесных страстях мы бредём по маршруту познанья,
наши цели забыты, зачёркнуты мудростью неба.
Мы не поняли даже, где нежность, а где состраданье, -
разделить-отличить не умеем... а мне бы, любимая, мне бы

полететь за тобой, не взирая на притяженье
всех земных-неземных, сотворённых и трезвых законов.
Только пальцы потеют, и вместо объятий скольженье -
убегание в ночь поездов, расставанье вагонов...

Знаешь...

Я другим раздаю разрешенье любить меня снами,
и в мельканьи оргазмов твои растворяются груди.
Я тебя предаю, насаждая страданием память.
Я смирилась... поверишь? - готова поклясться: мы - люди!

И cогласны на многое... даже отбрасывать тени,
пусть кисельной водой, пусть цветные, - как звери в капканах,
отраженье своё отдавать зеркалам на съеденье...
Но любить по законам земным, я, родная, не стану.

***

Напоив тишиной и забвением белых ночей,
нам оставил февраль только сны о несбыточном чуде,
мы хотели спасти то, что не было, то - что не будет,
и изжили себя до бездушно-холодных речей.

Расжигали костры, и объятья казались важнее,
чем осадок золы на ресницах, промокших от слёз,
целовались взахлёб, оставляя отметки на шее,
и горчила любовь ароматом растоптанных роз.

Мы друг другом больны - потому не изведать пути,
где наполнится чаша, пролитая прежней дорогой.
Только снег - белый снег...  да следы у меня за порогом
и последнюю нежность твою сохраняю в горсти.

Дисгармония

Дисгармония мыслей... Разбивчатость и размывчатость,
и забывчивость песен, которыми преданность строили.
Всё без слёз (и ногами), и ласок твоих половинчатость...
Утверждаешь: "Забудем!" И я соглашаюсь: "Не стоили
эти сны ни гроша, чтобы ими пропитывать скатерти
стольких прожитых зверств..." (Сумасшествия новая стадия):
Я стою доходягой с улыбкою жалкой на паперти -
не прошу, а насильно всучаю, что нами украдено.

На один мотив-4

Мне до спазмов сейчас - написать,
только мысли растеряны.
Сигарета. Тоска.
И глаза твои в серую клеточку.
Дым клубочком, как кошка.
И где-то под горлом истерика
молчаливая. Без разноцветных
соплей опереточных.

Я куда-то тянусь.
Всеми жилами. Звуками. Мыслями.
Словно жидкая масса
сливаюсь с прокуренным воздухом.
Разбавляю себя на таблицы, кружочки и числа, но
что останется мне,
если всё моё тело разрозненно?

Горы. Небо и снег...
И, наверно, не будет по-новому. Как
разбежаться! И вверх -
сквозь стеклянно-оконное крошево.
Разбежаться - и вниз.
Ёлки пахнут колючею проволокой...
И земля в мою глотку
удушливым порохом брошена.

И o чём-то в забытых тетрадях
грустит колыбельная,
и о ком-то слагают стихи
даровитые-смелые,
и о чём-то звенит, и о ком-то
мурлычет капель, а я
на корявых ладонях
ножом своё прошлое делаю.

***

Есть птицы, как люди, есть люди, как птицы -
с крылато-летящей душой.
Играли бы с ветром, - так проще проститься,
так легче болеть, а потом излечиться,
и стать для любимой - чужой.

Я вся - в обнажении, выпей с рассветом
горяче-солёную даль,
все нервы, все небыли-были отпеты,
мелькнувшие в небе, сгорели кометы,
оставив под сердцем печаль.

Рождённая ветром, на грани заката,
прощённая в мире зеркал,
ты знаешь: за гордость назначена плата,
любовь - как неволя, любовь - как расплата,
как в спину вонзённый кинжал.

Мастер без Маргариты

Душевно-больная... (смеёшься...) - душа болит.
Рукою в огонь... Веришь? - стало от этого легче...
Зараза смертельна: любовь - плодотворный спид.
В итоге - уйду, распрямляя, как крылья, плечи.

Я слишком устала... Опасно тебе со мной, -
с обрыва шагну, проверяя, что помнят крылья.
Никчёмную повесть о нашей любви закрой
и брось её в топку для новых страстей непыльных.

За тонкой решёткой сижу, - ты спасай других,
что жаждали счастья и им же теперь убиты.
Ты слушаешь ветер? - А это звучат шаги
той тени больной, - у Мастера без Маргариты.

***

А мне тебя мало. И в этом никто не поможет.
У горла живёт эта самая сладкая боль.
Я только прошу тебя, девочка, помнить позволь
улыбку твою, что меня доводила до дрожи.
Я только прошу - словно тень, неотступно идти,
в молчании горьком неслышно идти за тобою.
Я только прошу: ты свети путеводной звездою,
чтоб мне было легче на этом пустынном пути.

А мне тебя мало... И самое страшное: помнить,
как падают с неба осколки сгоревших комет,
как мир исчезает на семь переписанных лет,
не-прожитых мною, а выжженных, вырванных с корнем.
Я так не смогу. Я, наверное, так не смогу -
по-новой пройти, переплыть эту бурную реку.
Что плачет во мне - я прикрою остатками смеха,
и то, что смеётся, - оставлю на том берегу.

За тобой

Я иду за тобой по запаху,
по размытым рисункам осени.
Вкус любви нелюбимых - страхами,
вкус любви нелюбимых - проседью.

Я иду за тобой по треснутой
кромке льда над глубинным озером...
(Задушила земную песню
и стихи сочинять забросила).

Я иду за тобой по памяти -
очертаний и взгляда в сторону.
Вы убитую - не пораните,
а голубка не дружит с вороном.

Я ползу за тобой - разбитая,
слишком сложная для объятия.
Зашиваю рот чёрной ниткою -
и молчания, и проклятия.

+14

2

Ручки
Это ваши стихи? Или из интернета.
От ответа зависит в какой раздел перенести)

+1

3

Мои

+2

4

Ручки
Тогда браво!
И перенесу вашу тему в раздел Стихи L
Он для поэтов.

+1

5

Ручки
Это настолько неожиданно прекрасно.
Спасибо Вам.

+2

6

Ручки
Очень круто! Хорошие слова...

+1

7

Вчера 04:45:10
Marusya,
Спасибо

Микс,
Лаюки-Хати

Благодарю

+1

8

Ручки
А можно еще?

+1

9

- Фонарики -

Как карманный фонарик сегодня включаем любовь,
Среди тысячи слов не находим знакомый наряд.
(Не)-взволнованный шепот: Ты мной до весны катастрофь,
До конечного крика, когда журавли прилетят.

Ты, наверно, устала от этих потрёпанных глаз.
Занавесила душу шаблонами: Милая здесь!
Я не стану молчать, попрошу, обрывая экстаз:
"Заплати мне за ласку, хотя был с тобою не весь."

Мы не станем прощаться. Нет слова тревожней "Прощай".
Ты оставишь (как пошло!) - недавно подаренный зонт...
Я не знаю, зачем на руках остаётся печаль -
Свет последнего солнца, упавшего за горизонт.

- В нашем городе... -

Этот город пропитан тобой и опавшей листвою,
эмпатичная осень  грустит без особых причин...
Небо жадно оплакало нас,  словно было живое -
(нас - давно неживых), потерявших дорогу в ночи.

Расставаться - года - слишком больно, и слишком безбожно.
Уходить. Возвращаться - когда голова в облаках...
В нашем городе столько мостов, что их сжечь невозможно,
их волнАми бессмертия тайно ласкает река.

Оригами любви я сегодня отдам попрошайке,
мне они ни к чему, только память мою бередят...
А на пристани жарят каштаны, и хитрые чайки
вырывают из рук то, что я принесла лебедям.

- Молодость неверная... -

Молодость неверная,
золотая проседь.
Горячит безмерная
безнадёга-осень.
Зажимает горстью
россыпи-капели, -
поиграем в кости
с лиственной метелью?

Всё - в догонку, милая, -
мы - в догонку, сладкая, -
с неизменной силою
душу рвём, украдкою
прячемся и плачем -
горестно, надрывно...
(Ничего не значат
вздохи да порывы).

Ты не верь, красивая,
мне поверить - страшно.
Молодость - плаксивая,
горе - бесшабашно.

- Под ногами Yлыбки... -

Я упала, споткнувшись о чью-то живую улыбку
И поранила губы, что больше смеяться не могут.
Зачерпнула ладонью огонь, тишину и тревогу, -
Оглушенная пульсом, его суицидной попыткой.

Разорвалось внутри от коктейля "Любви нелюбимых",
Даже сил не осталось кричать и молиться распятью.
Твоя мятая тень - сигаретный дымок над кроватью -
Не обнять... Не прижаться... Как руки тоской опалимы!

И рыдали сверчки - одиночества пьяные скрипки,
И солёное небо в  глазах - отражением ночи...
Задыхались в груди неозвученных слов многоточья:
Там, где не было нас, под ногами лежали улыбки...

- Y - не отпускаю -

Откликнись однажды. На зов, на молчание... Жадно
губами запястье ловлю в ожиданьи потери.
Дыхание слушать всю ночь... и нечаянно - верить! -
В украденных стонах - моя!.. Задыхаться от жажды -
на чудо?.. У ног твоих лягу, наполнив смиреньем
горячее сердце; молитва: согласен последним,
в конце или с краю!.. Но только останься - хоть тенью,
хоть кем-то - останься! Улыбкой, слезою, затменьем...

Не отпускаю тебя. Невозможно. Написано - кровью.
Написано - смертью. И жизнью. И крыльями ночи.
Татуировкой на коже и каждою строчкой -
на ране стихов, на распятии в изголовье...
...Я не отпускаю!..

- К -

В движеньи несмелом, не знающем, как любить,
прильну я к тебе - к оголтелости мокрых улиц...
Очерченным в клеточку сердцем танцую: "Пить
тебя не дозволено..." Взгляды летят, что пули.

Пощёчиной звонкой твоя мускулистость ног,
и тонкость, и даже свобода твоих скитаний.
А мне - обречённость рабов, и ещё паёк
до рвоты привычного ужина ожиданий.

Я мелкий зверёк, перепуганный страстью, ты -
"Шикарная девка", - так Барби сказала утром.
Ни шага вперёд, ни фундамента для мечты...
А расставаться уже научилась мудро.

Не прорезая молчанья твоих шагов,
вечерним туманом, почти безголосой трелью -
Стою за спиною последнего из богов,
брутального идола с именем карамельным.

- Мне страшно, когда ты молчишь -

Как страшно, когда ты молчишь.
И время становится болью...
За окнами небо из крыш...
Как птица ты рвёшься на волю?

В висках затерялся вопрос,
в холодную линию - губы.
Сегодня уже не до слёз, -
ты стала насмешливо-грубой.

Но руки сорваться хотят,
погладить прилипшие пряди...
Как громко минуты летят!
Как вечер становится жаден!

Так скупо он дарит слова,
что ногти вонзаются в кожу...
Упала небес синева
в потёмки, причудливо крошит

наш сон, наших встреч тишину
и губ, задохнувшихся дрожью...
Ребёнком к тебе потянусь -
чужой на растерзанном ложе:

Мне страшно, когда ты молчишь...

*  *  *
Не надо. Не бойся. Я только дотронусь слегка
до мятных волос с тонким привкусом горькой полыни.
Дрожит (в напряжении тока за двести) рука,
и тает, и ждёт, и в смятении трепетном стынет.
И я провалилась, как в яму - в осколки зрачков,
и в сером тумане пытаюсь найтись безуспешно.
Запрячу подальше - за чёрные стёкла очков
животное горе и слёз нестерпимую нежность.

- После -

Помоги мне жить...
Впрочем, не прошу
Больше ничего.
Больше - не помочь.
По дороге лжи
За двоих ношу
Пустоту в себе -
Долгий выход в ночь.

Три часа - на сны.
Три часа тюрьмы.
Зашивает боль
Розовый рассвет.
Лето без тепла.
Я спешу в дела.
Чтобы как-то жить
После слова "Нет".

- Чей образ рисуется?.. -

Чей образ рисуется в дымке моей сигареты?
Чьё имя я выжгу на левой безгрешной руке?
И чьими губами-доверием буду согрета,
прижавшись к подушке, как к чьей-то надёжной щеке?..

Себя отдавая в порыве безудержной страсти
любви-мотыльку на распятие... тень на стене...
И вдруг зарыдать от такого огромного счастья :
Ты рядом, ты близко! И, значит... случишься во сне...

А утром искать тебя в транспорте и на дорогах,
в губах, чуть припухших от нежности, в томных глазах...
А люди глядят на меня удивлённо и строго...
Ты словно не помнишь той ночи полвека назад!

-Розовые цветы -

Милая, как же больно.
Рядом - одно пространство...
Я не кричу - довольно -
некому, в никуда.
Я закрываю двери,
я затемняю окна -
Сердце уже не верит...
Тихо пришла беда.
Плакать уже нет силы,
Горечи постоянство
запеленало в кокон
холода—пустоты,
Рук не сплести крылатых,
не улететь бескрылым,
Мы без вины распяты -
Розовые цветы.

+6

10

Очень сильные стихи. Моё уважение вам)  Взяла в закладки. http://s3.uploads.ru/e7X3S.gif

0

11

...перечитал еще раз...потрясающие строки...

0

12

Ручки, просто нет слов...Я потрясена- настолько глубокие и пронзительные стихи...

0


Вы здесь » Тематический форум ВМЕСТЕ » Стихи » стихи