Тематический форум ВМЕСТЕ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Тематический форум ВМЕСТЕ » #Конкурсы и викторины » Конкурс рассказов к Хэллоуину. Голосование


Конкурс рассказов к Хэллоуину. Голосование

Сообщений 1 страница 20 из 47

1

http://sg.uploads.ru/t/KR8ui.png

Ну что же, дорогие ведьмочки,
а также вампирши,
русалки, суккубы
и прочие нимфы.
Настало время воздать почести тем,
кому хватило смелости и
свободного времени порадовать нас своим творчеством.

http://s8.uploads.ru/t/NTvzP.png

http://s7.uploads.ru/t/chVtS.png

Голосование продлится до 06.11.2019 включительно.


Хеллоуин пройдет, но темная сторона силы
и ее манящие печеньки прибудут с нами.

http://s8.uploads.ru/t/R7XSC.png

+2

2

http://sh.uploads.ru/t/NMaeL.png

Околохэллоуинский рассказ-загадка.
Осень.
Вечер субботы.
Вдохнув поглубже волнующий аромат воздуха Берлина  и белой акации, разместившись на подводной лодке "Джуманджи", набив трюм кайенским перцем, едва сдерживая от волнения пульс, мы направились к голубой лагуне.
С той стороны, весь в сигаретной дымке, томился в ожидании безнадежный романтик, поглядывая искоса на русалок, сидевших на берегу, и  наигрывая грустную мелодию на укулеле. Проигравшая парижанке в домино мазь от веснушек, из шалаша выглядывала некудрявая леди в пледе, больше похожая на валькирию, чем на  вредного ангела, вызывая тем самым парадокс, вышедшего из ада.
Вокруг царило весеннее настроение, несмотря на осеннюю депрессию. В огоньке фонаря тыквы мелькала легкокрылая стрекоза. А на берегу, не скрывая радость от встречи со мной,  подпрыгивали от нетерпения зая, белка без стрелки, лисица Тупица, кролик и кошка, спустившаяся с крыши.
Хэллоуин приближался!
Продолжение следует...
P. S.
Вы загадку отгадайте,
Сколько ников здесь, узнайте!

http://s8.uploads.ru/aSkB2.png

+12

3

http://s3.uploads.ru/t/3JYzE.png

Смертное существо

Аннотация: Отчего ночь Самайна такая тёмная? Не оттого ли, что в этой чёрной пустоте безвременья могут происходить загадочные и жутковатые вещи? Впрочем, подруги в мистику не особо верили и использовали эти мрачноватые дни для «осенних посиделок» — как повод для встречи за обильным столом и дружеским общением. И всё-таки этой ночью кое-что произошло — незримое для всех, важное для двоих и судьбоносное для очень многих...

Рассказ написан для конкурса к Хэллоуину

http://s20.rimg.info/be0cbc567b3a2005b8cc780cdc8fccb6.gif

— Ну что, всё в силе? — Анна, закинув на стол длинные стройные ноги в обтягивающих чёрных брюках и откинувшись в кресле, бросила на подругу многозначительный взгляд, двинула бровью.
В своём кабинете она порой позволяла себе такие вольные позы, когда никто не видел. Равно как и небольшие нарушения делового дресс-кода вроде обтягивающих брюк, но жакеты всегда носила строгие. И чёрные водолазки а-ля Стив Джобс, к ним она питала некоторую слабость.
Сходство Анны с названной персоной довершали высокий лоб, форма носа, очки, короткая стрижка и внушительный рост. Она ограничивалась минимумом косметики (только брови и ресницы, помада — гигиеническая).
А вот Надя, её давняя приятельница, зашедшая к ней на работу и сидевшая сейчас на стуле перед столом, была её противоположностью — женственная блондинка с «голливудскими» локонами чуть ниже плеч и чувственным пухлым ртом, подчёркнутым винно-красной помадой. Покачивая ногой, обутой в глянцевый сапог на шпильке, она кивнула.
— Конечно, в силе! Разве можно пропустить наши осенние посиделки? С меня — тыквенный торт со сметанным кремом.
— Ну, как же без твоего фирменного блюда! — улыбнулась Анна уголком тонких губ.
— А твоя... гм, зазноба будет? — игриво мурлыкнула Надя, кокетливо облокотившись на стол и уютно расположив в ладони кругленький подбородок с ямочкой. В голубых глазах сияли весёлые искорки, вся её поза выражала жадное любопытство. Перед словом «зазноба» она сделала многозначительную паузу и мастерски стрельнула глазами: в верхний правый угол — в нижний левый — прямо на Анну.
Анна свою личную жизнь не афишировала, только подруге весьма сдержанно обмолвилась пару недель назад, что уже два месяца встречается с одной очаровательной девушкой. Счастье любит тишину, как говорится. Учитывая то, что до этого у Анны на любовном фронте три года стояло затишье, это было событие, достойное самого пристального внимания и сопереживания Наденьки.
Сама Надя была замужем, но порой у неё случались приключения с девушками. Нет, она не разбивала ничьи сердца, она встречалась только с теми, кого устраивали ни к чему не обязывающие отношения — как правило, недолгие, пока первые страсти не утихнут. Она любила яркие чувства и разнообразную, сочную интимную жизнь. Когда в делах сердечных у Анны воцарился тот унылый штиль, подруга, накатив бокал-другой коньячку, предложила дружеский секс — «а то у тебя такая физиономия постная, просто сил нет смотреть!» Анна ценила Надю, в трудные моменты подставлявшую ей плечо, но от такого предложения была в шоке. Они знали друг друга со школы — тот редкий случай, когда люди не теряют интерес друг к другу с годами. Так вышло, что не развела их судьба. Только Наде Анна поверяла свои сердечные тайны. Надя ещё ни разу не подвела, всегда держала свои обещания, хотя не все её взгляды на жизнь Анна разделяла, но им это не мешало. Надя уверяла, что секс дружбу не испортит, но Анна придерживалась другого мнения. Она немного опасалась, что отказом заденет женское самолюбие подруги, но Надя отнеслась к этому легко. Инцидент был исчерпан, и всё же Анна сделала выводы насчёт постной физиономии. Теперь она старалась носить на лице хотя бы намёк на улыбку, чтобы не давать повода к сочувствию и вопросам: «Ты чего такая грустная?»
Вообще одиночество Анну не тяготило, она была самодостаточным человеком. Просто разрыв четырёхлетних серьёзных отношений получился тяжёлым, года полтора ушло только на восстановление душевного равновесия, а следующие полтора она не ощущала потребности в том, «чтобы кто-то был рядом» (выражение Наденьки). Ей и так было неплохо. Но подругу отсутствие «движухи» в личной жизни тревожило — как в собственной, так и в жизнях окружающих. Поэтому она наносила пользу и причиняла добро — то и дело пыталась свести Анну с кем-то. Пару раз даже с собственными бывшими девушками.
«Ну а что такого? — говорила она, невинно хлопая ресницами и округляя незабудково-голубые, чистые глаза. — Они люди проверенные — мной лично, с плохим человеком я тебя точно знакомить не буду. Точно так же, как не буду советовать плохой магазин, врача или гостиницу, ну или плохую косметику». (К слову, именно Надя порекомендовала Анне её нынешнего гинеколога, прекрасного специалиста, ЛГБТ-френдли к тому же).
«Надь, я ценю твои усилия, спасибо тебе за беспокойство обо мне, но... не надо, — сказала Анна. — Правда не надо. Придёт время — и всё будет».
Надя надула пухлые губки.
«Ну я же как лучше для тебя хочу!»
«Я понимаю, — мягко сказала Анна. — И ценю это. Но не всегда одиночество — это плохо. Иногда оно необходимо. Просто такой жизненный период».
«Ну ладно, смотри сама. Главное, чтобы этот период не слишком затянулся», — вздохнула подруга и попытки сводничества оставила.
Вот что стояло за горящими глазами и по-кошачьи грациозной, исполненной живого любопытства и сочувствия позой Наденьки. Анна наконец-то с кем-то познакомилась сама!
— Да, я буду с Ладой, — сдержанно ответила Анна.
— Так значит, её Лада зовут, — тут же ухватилась за её слова Наденька. — Интересненько, интересненько!
— Интересненько ей, — хмыкнула Анна. — А сама? Одна будешь или с кем-то?
— Я тоже кое с кем познакомилась, — таинственно призналась подруга. — Такая, скажу я тебе, занятная особа! За всё свидание и двух слов не скажет, но мне с ней так... необычно! Не знаю даже, что меня в ней зацепило. Но жуть как хочется разгадать эту загадку!
Ещё на дружескую встречу обещали приехать Оля с Мариной — пара, с которой Анна общалась в интернете. Они виделись с Анной несколько раз, приезжали на праздники и в отпуск, и «осенние посиделки» в последние три года без них не обходились. Не то чтобы они всерьёз праздновали Хэллоуин, скорее, просто использовали его как повод для приятного времяпрепровождения и, конечно же, застолья. Итого на даче у Анны собирались встретиться шесть человек: сама хозяйка с Ладой, иногородние подруги и Наденька со своей загадочной знакомой.

*

Солнце лилось в окна сквозь запотевшие стёкла, трещали дрова в камине, а длинные пальцы белокурой девушки связывали жёлтые кленовые листья в гирлянды. Через каждые тридцать-сорок сантиметров вереницу листьев прерывала ярким пятном алая кисть рябины. Это была кропотливая работа, требовавшая усидчивости и большой сноровки, но пальцы проворно и ловко вязали звено за звеном, звено за звеном... Несколько готовых украшений уже висели вдоль стен.
Девушка была одета в белый уютный свитер и длинную клетчатую юбку. Хрупкие запястья с голубыми жилками под кожей, золотистый плащ волос по спине, серёжки-капельки в трогательных розовых мочках ушей — чем не фея, чем не чаровница, создающая светлый домашний уют? Довершая волшебное впечатление, девушка ещё и напевала — негромко и мягко, но с хрустальной чистотой. В её горле будто серебряные бубенчики вперемешку с ледяными кристаллами перезванивались. При звуках её голоса в голову слушателя приходили мысли о горном ручье с холодной, свежей, сверкающей на солнце водой.
Хлопнула дверца машины, и рукодельница лишь на миг прервала пение и бросила взгляд серовато-голубых ясных глаз в окно, но сквозь запотевшее стекло виднелись только расплывчатые пятна. Ловкие пальцы возобновили свой труд, а песенка заструилась дальше.
Анна, в чёрном кожаном пиджаке и излюбленной водолазке, остановилась в дверях, прислонившись плечом к косяку. Её глаза за стёклами очков влюблённо сияли, а к груди она прижимала букет бордово-красных роз. С минуту она не смела двинуться с места и произнести хоть слово — любовалась и слушала. Из открытой двери потянуло пронзительно-свежим осенним холодом, кленовые листья заколыхались, девушка в белом свитере зябко повела плечами.
— Ой, бррр...
Анна спохватилась и закрыла за собой дверь. Стряхнув с себя очарованное оцепенение, она наконец подошла и протянула розы. Белокурая девушка зарыла в роскошные бутоны симпатичный носик и стрельнула поверх них смеющимся взглядом. О, эти девичьи ресницы!.. Кончик каждой из них кольнул сердце Анны крошечной Купидоновой стрелой. Хотелось изъясняться возвышенным и витиеватым слогом восемнадцатого века, но о нём у Анны имелись лишь самые смутные представления.
— Спасибо, Ань! Красота какая, — проворковала девушка ласково, ставя розы в вазу.
А Анна, окидывая взглядом украшения из листьев и рябины, проговорила:
— Да ты мастерица на все руки, Лада.
— Присоединяйся, — подмигнула та.
— Боюсь, мои руки в этом плане — не из того места, — усмехнулась Анна. И принюхалась: — А чем это так вкусно пахнет?
По дому распространялся сладкий аромат выпечки.
— Ой, чуть не забыла! Кексы! — Лада светловолосым солнечным зайчиком метнулась на кухню.
Анна неторопливо проследовала за ней, наслаждаясь каждым мгновением этого уюта и счастья. Лада вынула кексы из духовки и посыпала их сахарной пудрой.
— Тыквенные, с апельсиновой цедрой, — пояснила она.
На рабочей поверхности около плиты красовалась большая оранжевая тыква, уже выдолбленная изнутри. Её мякоть Лада, видимо, и пустила на кексы.
— Будешь делать тыквенный фонарь? — поинтересовалась Анна, щёлкнув по круглому боку осеннего плода.
— Может, ты рожицу в ней вырежешь?  — предложила Лада. — А мне ещё осенние гирлянды доделать надо.
— С размахом ты там затеяла, однако... — И Анна, скинув пиджак, взялась за нож.
На кухонном столе, накрытый полотенцем и подушкой, ждал своего часа яблочный пирог — ещё одно произведение кулинарного искусства Лады, а полки буфета были заставлены рядами баночек с повидлом. Анна его очень любила, но не ела уже лет десять — со смерти бабушки. Лада светлой волшебницей ворвалась в её жизнь и управилась с урожаем яблок: пекла пироги, варила повидло и компот, гнала сок, даже поставила бродить домашний сидр. Откуда в ней, такой юной, столько умений? Анна диву давалась. Только сейчас она вдруг сообразила, что до сих пор не знает её точного возраста.
Анна вырезала треугольнички глаз и носа, широко улыбающийся зубастый рот. Рожа получилась нелепая, кривоватая: один глаз выше другого, нос не по центру — без смеха не взглянешь. Ну ладно, сойдёт. Если поставить внутрь свечку, может, и по-другому смотреться будет в сумерках.
— Нос — как у боксёра, — засмеялась Лада, увидев результат стараний Анны. — На сторону свёрнутый.
— Да этот товарищ вообще стукнутый слегка, — самокритично хмыкнула та. — Вон, глаза поехали кто в лес, кто по дрова...
Лада развешивала гирлянды со стремянки, и Анна не удержалась от соблазна — просунув руку под юбку, заскользила ладонью по тёплому бедру...
— Если ты будешь меня щекотать, я упаду с лесенки! — отбрыкивалась девушка.
Она белозубо хохотала, потом резко взвизгнула и рухнула в подставленные объятия Анны. Её, невысокую, лёгонькую и хрупкую, было нетрудно носить на руках и кружить, каковому занятию Анна и предалась с упоением. Смех Лады раскатывался по дому пригоршнями переливчатого бисера.
— Счастье ты моё, — шептала Анна между поцелуями, и к её пальцам ласкался золотой шёлк волос Лады, скользя и опутывая.
Объятия на диване прервал телефонный звонок: Надя спрашивала, не нужно ли захватить что-нибудь из спиртного.
— Нет, выпивка — с нас, мы же договорились, — ответила Анна.
Её будто из рая на землю вернули, выдернули из солнечного, осенне-уютного единения с Ладой. Та вспомнила, что не нарезала и не замариновала мясо для шашлыка, и устремилась на кухню, а Анна с задумчивой ленцой выгрузила из машины алкоголь — не сказать чтобы очень много, зато качественный и недешёвый. Она вышла в одной водолазке, и её охватил крепкий октябрьский холодок. Анна прищурилась на солнце, шагая по дорожке к дому. Отличный денёк — редкость в такую пору. Только бы погода не подвела и не испортилась к вечеру...
Лада хлопотала, а Анну охватило созерцательное оцепенение. Накинув пиджак, она стояла на крыльце и не верила своему счастью. Чудесная, хоть и холодная погода, предвкушение встречи и уютного, дружеского застолья, любимая девушка на кухне — чего ещё желать? Она застыла в этом приятном ощущении, как семечко в куске древнего солнечного янтаря. Не хотелось из него выныривать. Из груди рвался глубокий, сладкий вздох: «Господи, хорошо-то как...»
Она не удержалась и открыла баночку повидла. Лада следила за ней с ласковой усмешкой — искоса, через плечо, но нотаций на тему «не порть себе аппетит сладким» не заводила. Анна, истекая слюной, вонзила чайную ложку в густое сладкое лакомство — янтарное, полупрозрачное, с еле заметной ноткой корицы. Его можно было резать ножом, как мармелад, оно не вываливалось даже из перевёрнутой вверх дном банки и таяло во рту знакомым и любимым с детства вкусом. Вспомнилась бабушка, и к сладости добавилась тёплая, солоноватая нотка.
— Господи, сто лет не ела! — Анна облизала ложечку и еле удержалась от безумного желания слопать всю банку за один присест.
В четыре часа она приехала на вокзал — встретить Олю с Мариной и отвезти на дачу. Эти девушки были похожи: обе худые, с короткими стрижками, в джинсах. Если бы Анна не знала, что они — пара, решила бы, что это сёстры. В их самый первый приезд она не сразу запомнила, кто из них кто, даже конфуз случился: Анна перепутала и назвала Марину Олей. Этот случай они с тех пор вспоминали со смехом. Познакомились девушки, как это нередко происходит в наши дни, в интернете. Они сами были удивлены такому внешнему сходству. Несколько месяцев они общались в сети, ездили друг к другу в гости, а потом Марина переехала к Оле насовсем.
Когда они переступили порог, в доме уже раздавался громкий Наденькин голос. Надя была женщина эффектная, любила находиться в центре внимания, поэтому даже её голос властно занимал собой пространство и разносился повсюду сорочьим стрекотом, на фоне которого голубиное воркование Лады еле слышалось.
— Я, конечно, понимаю, что двум хозяйкам на кухне не место, но всё-таки позволь тебе помочь. Ничего, что я на «ты» перешла?
— Да, разумеется, я не против...
Пояснить, против чего именно она не возражала — обращения на «ты» или помощи на кухне, Лада не успела: вошли Анна и Марина с Олей. На столе уже красовался Наденькин фирменный торт, несколько потеснив собой яблочный пирог и прочие угощения.
— Ань, привет! Оленька, Мариша, сколько лет, сколько зим! Рада вас видеть, девчонки! — тут же рассыпалась в сердечных приветствиях Надя. Обнялась с девушками, чмокнула Анну в щёку. И добавила: — Познакомьтесь, это Вита. Ну, она вроде бы откликается на это имя.
У окна, глядя на осенний пейзаж, стояла коренастая особа в чёрной джинсовой рубашке, застёгнутой на все пуговицы. Подвёрнутые рукава открывали крепкие предплечья и широкие запястья. Круглая, остриженная ёжиком голова сидела на короткой шее и казалась непропорционально крупной, с выпуклым высоким лбом. Черты лица — тоже крупные, грубоватые, брови — пшенично-русые, светлее волос, как бы выгоревшие на солнце.
— Приятно познакомиться, — сказала Анна.
Та ответила по-мужски крепким рукопожатием. По лопаткам Анны пробежал холодок, когда она столкнулась с взглядом серовато-зелёных глаз Виты — пристальным, редко мигающим, ледяным. От него брала оторопь, как от толчка в грудь.
— Здр... кхм, здравствуйте. — Язык Анны споткнулся, голос съехал в сиплое беззвучие.
И ведь вроде уже не девочка она, чтоб дрожать перед этой Витой, как ребёнок перед клоуном из ужастика: всяких людей в жизни встречала, в том числе и не самых приятных... Но этот взгляд её будто колпаком мрака накрывал. Холодного, властного мрака, сдавливающего обручами, парализующего.
Только нежный голос Лады и её светлый золотоволосый образ, родной и любимый, спас Анну, помог выбраться из тёмного, холодного колодца на поверхность. Стряхнув с себя оковы ужаса, Анна кое-как вернулась к роли гостеприимной хозяйки и позвала всех во двор — жарить шашлык.
Погода не подвела: вечернее небо раскинулось чистой, холодной предзимней синевой, ни одно облачко не маячило на горизонте. Испуг вроде отпустил, но руки у Анны стали какие-то ватные, непослушные. Она никак не могла попасть куском мяса в шампур, и странная гостья подошла:
— Разрешите помочь? Так быстрее дело пойдёт.
Голос у неё был на удивление человеческий, даже приятный — совсем не рык Сатаны, к которому Анна была внутренне готова.
— М-да, кхм... Да, пожалуй. — В горле Анны опять что-то булькнуло и хлюпнуло, пришлось откашляться. Из его сдавленных недр удалось извлечь жалкое подобие шутки: — Кажется, не с той ноги встала сегодня.
Да какие там ноги! Видно, какой-то совсем другой частью тела сползала Анна утром с кровати, потому что занос куска мяса в ту и другую сторону от шампура составлял, наверное, полметра. Руки — ходуном, а рот скривился, как у инсультника — не улыбочка, а полупарализованная гримаса. Вита тоже вежливо улыбнулась. Вернее, она приподняла верхнюю губу, открыв ряд весьма недурных, ухоженных зубов. При этом её кожа собралась складочками около носа — так морщится волчья морда, когда зверь скалится. А в глазах не отразилось даже намёка на улыбку — они остались такими же пристальными и холодными.
Лада тем временем раскладывала по тарелкам салат, по-домашнему милая и уютная; выходя во двор, она накинула голубую джинсовую курточку с белой меховой подкладкой. Надя трещала без умолку, шутила и смеялась, переступая около садового стола ногами в белых сапожках на шпильке, а Оля с Мариной, сегодня до жути одинаковые — ни дать ни взять близняшки из фильма ужасов — уже тянулись к тарелке с канапе. Вкусно поесть девушки любили, чего греха таить. Но и тут не обходилось без мистики: при всей любви к еде их фигуры не менялись ни на грамм, будто в какую-то бездну всё съеденное улетало. Словно внутри у девушек был портал, в который всё проваливалось бесследно. Кто уж там сидел по другую сторону портала — они и сами, наверно, не знали. Может быть, какое-то иномирное голодающее племя, на головы которому сваливалась еда, как из рога изобилия... Как бы то ни  было, девушку, которая ест как не в себя, при этом ни капельки не толстея, так и подмывало заподозрить в связи со сверхъестественными силами.
Неужели ни одна живая душа не видела того, что видела Анна?.. И никого больше не пугала эта Вита?
А жутковатая гостья между тем отлично управлялась с приготовлением шашлыка — уверенной, твёрдой рукой опытного специалиста.
— М-м, это потрясающе! Просто песня! — с набитым ртом восхитилась Наденька. — Вита просто божественно готовит.
Перед глазами Анны вспыхнула картинка: булькающие адские котлы, а среди них — Вита с рогами и хвостом, с топором в руке, в униформе шеф-повара. А на разделочном столе перед нею — сама Анна, освежёванная, как свиная туша. Бррр...
— Ань, попробуй, — проворковал рядом родной, успокаивающий голос Лады. Та пододвинула к Анне тарелку с готовым мясом. — И правда вкусно!
«Шашлык из меня», — поистине феерическая идея, подброшенная чьей-то больной, воспалённой фантазией, заставила горло Анны стиснуться тошнотным спазмом. Чтобы его побороть, пришлось влить в себя одним огромным глотком целый бокал вина. Оно согрело нутро Анны и немного расслабило. За одним бокалом последовал второй, и только после этого она рискнула попробовать кусочек шашлыка.
Осенний закат сразу заиграл новыми оттенками октябрьского пламени.
— Ещё вина? — впившись в Анну своими неподвижными глазами, осведомилась Вита.
Анна кивнула, и её бокал наполнился опять. С одной стороны, наклюкиваться вот так сразу, в самом начале посиделок — вроде бы не комильфо, а с другой — Анне была просто необходима «перезагрузка» ощущений, чтобы прогнать эти инфернальные картинки. Двуликая Маринооля уписывала шашлык за обе щеки, не забывая отправлять в рот ложечку-другую салата, Наденька пела что-то из «Иронии судьбы» под гитарный аккомпанемент Лады, а Вита не сводила с перебирающей струны девушки своего пристального, сверлящего взгляда. «Ещё не хватало!» — кольнуло Анну леденящее беспокойство.
Смеркалось, холодало. Они перешли в дом, к камину. Маринооля многоруким Шивой сметала со стола вкусности, и Анна решительно не могла подсчитать, сколько у этого создания на самом деле верхних конечностей — четыре или, быть может, восемь? Тыквенными кексами, любовно испечёнными Ладой, это божество прожонглировало играючи и со свистом закинуло в свой двойной бездонный рот. Наденька между тем отошла «попудрить носик», и Анна увязалась за ней.
— Надь, ты кого привела? — зашептала она. — У меня от её ухмылки мороз по коже! Так и хочется эту Виту спросить: «Вы случайно не подрабатывали в девяностые заказными убийствами?»
— Анют, ты чего — накидалась уже? — рассмеялась Наденька, намыливая руки. — Да, Вита, конечно, своеобразная — этого у неё не отнять. Наверно, вот этим она и цепляет — какой-то внутренней силой, что ли. Это её фишка, изюминка.
— Кхм... Да там целый мешок этого изюма, — пробормотала Анна.
— Ань, да расслабься ты, всё нормально, — доверительно гладя её по плечу, сказала Наденька.
Анна вышла глотнуть свежего воздуха. Стало совсем темно, сумрак пощипывал щёки и дышал ядрёным холодом — предвестником зимы. Из окон лился уютный свет. Нет, в самом деле — глупости какие-то. Воображение не к месту разыгралось, это очевидно. Наденька не могла связаться с кем-то плохим, уж в её-то чутье на людей Анна не сомневалась. Наверно, нервы.
А за столом дело уже дошло до Наденькиного тыквенного торта. Анне тоже вручили тарелку с приличным куском, и она постаралась расслабиться, вернуть ощущение уюта и тепла дружеской встречи. Лёгкая дымка винного хмеля уже начала понемногу примирять её с Витой, и улыбка-оскал Наденькиной спутницы уже не казалась Анне такой уж леденящей... ну, почти. Лёгкие мурашки порой проскальзывали, но хмель — искусный и коварный миротворец. Ещё бокал — и Анна уже улыбалась Вите, а та, приподняв свой, приветствовала её с другого конца стола.
Лада зажгла тыквенный фонарь, на несколько чарующих мгновений приковав к себе всеобщее внимание — к своим плавным, мягким движениям, золотому плащу волос, изящным запястьям в манжетах мешковатого свитера. Наденька, тоже уже слегка подогретая вином, сидела рядом со своей спутницей и поглядывала на ту плотоядно-чувственно, как кошка на сметану — разве что только не облизывалась. Уж чего-чего, а чувственности в ней было хоть отбавляй, а жизнелюбие било фонтаном.
— А давайте рассказывать истории! — предложила она.
— Страшилки? — улыбнулась Лада, оборачиваясь и блестя мелкими жемчужными зубками.
— Ну... Не обязательно. Можно просто что-нибудь интересное. — И Надя подмигнула Вите.
У той не дрогнул ни единый мускул на лице.
— Кто начнёт? Ань, может, ты? — хихикнула Надя.
— Да я даже не знаю... — замялась Анна.
Память не могла выжать из себя ничего стоящего, только всякие школьные глупости наподобие «однажды в чёрном-чёрном городе, в чёрном-чёрном доме...»
— Ладно, я попробую, — отважилась Оля, собирая на своей тарелке последние крошечки от куска торта.
Она начала длинную, запутанную историю про девочку, которая связалась с вампиром, но заблудилась в хитросплетениях сюжета и устремила умоляющий взгляд на Марину. Увы, та ничем не могла ей помочь, так как всё её внимание было поглощено яблочным пирогом.
— Слышала я одну историю, — пришла на помощь Наденька. — Она  случилась с фармацевтом круглосуточной аптеки. Приходит как-то ночью покупатель в куртке с капюшоном, надвинутым на лицо. Тётенька-фармацевт сперва не обращает внимания — ну, мужик и мужик. Капюшоны многие носят, ночь-то холодная. А мужик протягивает деньги и говорит: «Мне что-нибудь от головной боли». «Мужчина, — говорит фармацевт. — Что-нибудь от головной боли — это топор. Препарат конкретный какой вам надо?» Капюшон падает с головы мужика, а головы-то... нет! Вернее, вместо неё — тыква, которая тут же упала с его плеч и раскололась. А из тыквы расплескалась какая-то чёрная жидкость, которая поползла к ногам фармацевта, как живое существо...
— Фу, брр, какая гадость, — засмеялась Лада. — Я, кажется, знаю, чем всё кончилось: от фармацевта остались только рожки да ножки.
— А вот и нет! — Наденька щёлкнула пальцами, как бы ища что-то на столе.
Предмет её поиска тут же был угадан Витой: та наполнила её бокал и отрезала ещё кусочек торта.
— Читаешь мои мысли, — усмехнулась Надя. — Нет, фармацевта нашли утром в невменяемом состоянии. Она с воплем выскочила из аптеки: «Голова! Дайте мне что-нибудь от головы!» И рванула — только её и видели. Где-то далеко, на трассе за городом её поймал патруль: она пыталась топором порубить их машину. Где уж она этот топор взяла — никто не знает. Она бормотала что-то про патент на лучшее средство от головной боли... Реально — знакомый гаишник рассказывал.
— Что, и мужик без головы реально был? — хмыкнула Анна.
— Не, ну про мужика — это уже я присочинила, раз уж у нас сегодня праздник такой мистический, — призналась Наденька. — А вот аптекарша сумасшедшая с топором — правда было такое.
Беседа свернула на обсуждение разной чернухи-бытовухи — Наденька со своей историей от гаишника задала тон.
— А давайте всё-таки к теме вернёмся, — предложила Анна. — А то не Хеллоуин получается, а какой-то просмотр канала НТВ.
— Что, в принципе, практически одно и то же, — философски заметила Марина.
Все усмехнулись.
— Давайте-ка и я кое-что расскажу, — подала голос Вита. Её лицевые мышцы снова дёрнулись, изображая волчью улыбку. — Но это не страшилка. Просто... история.
— Слушаем тебя внимательно, — мурлыкнула Надя, прижимаясь к её плечу.
Вита снова бросила пронизывающий взгляд на Ладу. Та безмятежно и мечтательно помешивала в чашке чая ложечкой, как будто витая мыслями в чертоге самых приятных видений, а отнюдь не ужасов. На её щеках даже обозначились улыбчивые ямочки.
— Во вселенной существует огромное множество миров, — начала  тем временем Вита, опрокинув в себя полный до краёв бокал. — Триллионы триллионов. И летают среди них так называемые пожиратели. Это существа, питающиеся энергией жизни. Найдя очень вкусный, хорошо развитый, интересный мир, они выпивают его душу. Вскоре после этого случается и физическая гибель этого мира. Какая-нибудь война, всеобщее сумасшествие, катастрофа... в общем, разнообразные варианты конца света, которые только может вообразить самый мрачный ум. Это продолжается миллиарды и миллиарды лет. Пожирателей не так уж много по сравнению с количеством миров. Энергии от одного мира пожирателю хватает очень надолго. Но как только он проголодается, он снова выходит на охоту, а это значит, что очередной мир ждёт конец. Миллиарды живых разумных существ корчатся в предсмертных судорогах... Ну, в общем, вы можете представить себе масштаб трагедии. Вот только для пожирателя это не трагедия. Для него это — рутина, всё равно что позавтракать или пообедать. Иногда перед поглощением нового мира он поселяется в нём и живёт какое-то время среди его обитателей. Наслаждается и предвкушает. Впитывает в себя духовные достижения, знания, опыт... Все наработки, весь труд душ, населяющих мир-жертву. Пожиратель обогащается результатами этого труда. Он — хищник. Он берёт чужое, достигнутое ценой работы, страданий и долгого жизненного пути огромного количества разумных живых существ. Он — захватчик и паразит. Он — раковая опухоль вселенной. Он живёт за счёт других, не давая никому ничего взамен.
Жёсткие губы Виты сомкнулись, но ещё добрых две минуты никто не решался нарушить тишину. Слышался только треск пламени в камине, да прожорливый «Шива» шестнадцатой парой своих рук тянулся за новым кусочком яблочного пирога — потому что «ну очень вкусно». Даже Наденька, никогда не лезшая в карман за словом, не находила, что сказать, а об Анне и говорить нечего. Та растворилась в мегапарсеках звёздного пространства, пытаясь уловить эфемерный след Пожирателя — смертоносной кометы с пышным павлиньим хвостом.
Лада тоже задумчиво молчала, теребя тонкими пальцами ножку пустого бокала. Заметив это, рассказчица потянулась к бутылке и наполнила стеклянный сосуд рубиновой влагой.
— Весьма занятная история, — промолвила наконец Наденька. — Но она мне кажется какой-то... незаконченной, что ли. Как будто что-то недосказанное осталось.
Вита не разжимала губ для слов — только для вина. Видимо, она считала, что сказала всё.
— Я могу кое-что добавить, — наконец нарушила Лада уютную, исполненную треска поленьев тишину. — Эта история знакома мне, но с немного другой точки зрения.
Её глаза сияли отблесками пламени, но казалось, что они сами излучают свет, мягкий и ласковый. Она улыбалась — взглядом, голосом, плавными движениями изящной руки, катавшей по блюдцу крупную розоватую виноградину. Улыбалась Вите, чей рот оставался жёстко сжатым, а глаза дышали космическим холодом, но тщетно — воркующая нежность её интонаций не могла растопить этот мерцающий звёздный лёд.
— Не всякий мир пожирателю по зубам. У миров весьма часто бывают хранители, и вот с ними-то и приходится вступать в схватку. Если хранитель окажется сильнее, пожиратель не только останется голодным, но может и потерять свою силу. Хранитель поступает с ним на своё усмотрение — может просто уничтожить, а может сделать его жалким, слабым смертным существом и оставить доживать. Но самое горькое — не это. Самое горькое — то, что пожирателями становятся хранители, чей мир погиб. У них есть совсем небольшой запас времени, чтобы найти себе новый мир, и если это удаётся, хранитель продолжает исполнять свой долг. Он живёт, пока ему есть что хранить. Он может сменить хоть десять миров, хоть сто — если очень повезёт. Во вселенной постоянно рождаются новые миры, и им нужны хранители. Но если время истекло, а хранитель не успел найти другой мир, ему придётся или погибнуть, или ради собственного выживания начать поглощать то, что он когда-то оберегал. Приходится делать выбор. Тот, кто выбирает смерть, растворяется во вселенной, возвращается к своему Первоисточнику и в итоге продолжает существовать, только уже в иных формах. Тот, кто не смиряется с такой участью и идёт против существующего порядка, становится таким вот пожирателем. Возврата уже нет — он не может снова стать хранителем. Если он поглотил хотя бы один мир — всё. И остановиться сам он не сможет, будет поглощать и поглощать. Его должен кто-то остановить.
Лада умолкла и съела виноградину, которую катала, с печальной нежностью глядя на Виту. Анну что-то кольнуло — жгучая, раскалённая иголочка вонзилась. Где-то глубоко, между печенью и селезёнкой, что-то набухало, тревожно ныло — то ли догадка, то ли подозрение, то ли ревность. А ещё хотелось взять Виту за горло.
— Когда-то очень давно, — после короткого молчания продолжила Лада, — случилась одна грустная история. В мир к одному хранителю прибыл другой хранитель, оставшийся без своего мира. Он погибал, потому что уже не успевал найти новый, свободный мир. Пожирателем становиться он не хотел, но и умирать — тоже. Он просил о помощи, умолял другого хранителя разделить с ним его мир. Но чтобы у мира было два хранителя — вообще-то, так не положено и так не бывает. Хозяин гостю так и сказал. Он утешал гостя, успокаивал, убеждал, чтобы тот не боялся воссоединиться с Первоисточником, ведь таков порядок и все мы рано или поздно к Нему возвращаемся. Но гость был безутешен, он не хотел растворяться во вселенной, он хотел жить. Хранитель-хозяин, конечно, мог поделиться с ним своей должностью, но ничего не даётся просто так, всегда есть какое-то условие, какое-то «но». Два хранителя, разделив на двоих одно место, должны были разделить и одну жизнь — ровно по половине каждому. У всего своя цена, и у милосердия — тоже. Хранитель-гость вёл себя как смертный человек, цепляющийся за своё коротенькое земное бытие, но его трудно в этом винить. Жизнь прекрасна, и ему не хотелось с ней расставаться. Даже хранителям хочется жить, и чтобы смириться с растворением во вселенной и возвращением к Первоисточнику, нужно изрядное мужество и мудрость. Ему же хотелось отодвинуть неизбежное.
За то недолгое время, что гость пробыл у хозяина, они привязались друг к другу. Полюбили. Хозяин уже не мог выставить гостя из своего мира и отправить к Первоисточнику... Кто-то, быть может, скажет, что он допустил ошибку, что он был недостаточно твёрд и проявил слабость; что если бы он убедил гостя принять свою долю с должным смирением и спокойствием, это и было бы истинным проявлением любви. Хранители — они ведь всё-таки стоят выше людей и должны лучше уметь управлять своими страстями и мыслить в иных категориях. Ставить свой хранительский долг выше личных желаний, в конце концов... В противном случае, чем хранители будут отличаться от людей, если станут, как они, жить своими чувствами, а не своим предназначением? Увы, действительность сурова, хранитель должен уметь расставлять приоритеты. Не в свою пользу, конечно.
В общем, хранитель-хозяин позволил гостю остаться и разделил с ним свою жизнь пополам. Понимая, что их жизненный путь теперь ограничен по времени, оба хранителя старались изо всех сил, обеспечивая безопасность и способствуя процветанию мира, вверенного их заботам. Привязанность между ними была велика. Но миры не могут жить вечно — даже самые прекрасные. Какие-то существуют дольше, какие-то — меньше, но все переживают этапы зарождения, расцвета и упадка. В мире двух хранителей сменилось несколько цивилизаций, и последняя из них была особенно высокоразвитой. Она вышла в космос осваивать другие миры, исчерпав ресурсы собственного. Всё имеет начало и конец, увы.
Что делать двум хранителям? Искать новый мир? Но как — вместе или порознь? Повторять тот фокус с жизнью на двоих было рискованно, это укоротило бы их век ещё больше, но они не могли жить друг без друга. Впрочем... скорее всего, на самом деле могли, просто сама мысль о разлуке была невыносимой. И они отправились на поиски нового мира вместе. Но случилось непредвиденное: у первого хранителя, того самого, что был когда-то гостем, по неясной причине оказалось меньше сил. Подходящий мир ещё не нашёлся, а он был уже на грани смерти — точнее, растворения во вселенной. Второй хранитель хотел остаться с ним до конца, чтобы отправиться к Первоисточнику вместе, но тот убедил его продолжить путь без него — во имя хранительского долга. Они простились друг с другом... Горьким было их прощание, просто душераздирающим.
Лада, задрожав ресницами, замолчала, как будто что-то сдавливало ей горло. Сделав глубокий вдох, она открыла глаза, и отблески камина снова заиграли в них. Во взгляде Виты по-прежнему чернела ледяная бездна.
— И что? Неужели конец истории? — воскликнула Наденька, до этого момента слушавшая с широко раскрытыми глазами, подпирая подбородок обеими ладошками. — Нет, нет, я требую хэппи-энд! Ну пожалуйста!
С горьковатой усмешкой Лада отщипнула ещё одну виноградину и снова принялась катать её.
— О нет, это был не конец. Хранитель, улетевший вперёд, тоже ощутил слабость. Он не успевал найти новый мир. Может быть, тоска по возлюбленному другу так подорвала его силы? Кто его знает... Он уже готовился распрощаться с жизнью и устремил свои помыслы в сторону Первоисточника, ощущая его тёплый, полный любви зов, как вдруг... Вдруг невероятной силы удар потряс его — будто комета в него врезалась. Но это была не комета, это был тот, другой хранитель. Вернее, уже не хранитель... По его преображённому, грозному и страшному виду стало ясно, что он стал пожирателем миров. Он выжил и обрёл огромную силу. От «волшебного пенделя» его друг получил такое ускорение, что пулей вылетел в область вселенной, где активно зарождались новые молодые миры. На один из них хранитель и шлёпнулся уже практически на последнем издыхании... Но тут же воспарил над поверхностью, возрождённый, как птица феникс. Но его счастье было омрачено пониманием того, что спасся он ценой гибели какого-то другого мира, поглощённого его товарищем и возлюбленным. Горькой и страшной была эта жертва. Это было ужасно, неправильно, несправедливо. Трудно ли жить, каждый миг осознавая, что ради тебя погубили целый мир? Чувствуя отголоски его боли, его агонии? И зная, что с любимым другом пути разошлись навсегда? Хранитель и пожиратель — не пара. Они враги, потому что делают противоположные вещи. Вот такая грустная история...
—  М-да... чертовски грустная, — вздохнула Наденька, наконец расслабляясь. — Блин, я даже расстроилась! Ну почему нельзя было придумать счастливый конец? Фу такой быть! — И она шутливо толкнула Ладу кулачком в плечо.
— Давайте не будем заканчивать вечер на такой минорной ноте, — улыбнулась та. — Кстати, о музыке...
Она снова взяла гитару, и они с Наденькой устроили целый концерт. Играла Лада хорошо, а пела ещё лучше, у Нади тоже был недурной голос. Оля с Мариной иногда пробовали подпевать — когда их рты не занимались жеванием. Вита больше не ела и не пила, скрестив руки на груди и глядя на огонь. Пламя отражалось в её глазах, но не делало их теплее. Наверно, такие космически-ледяные глаза могли бы быть у пожирателя, подумалось Анне. Ей не хотелось лишний раз встречаться с ними, и она предпочла любоваться Ладой, такой светлой, красивой, тёплой. Хранительницей очага. Та, перебирая струны, отвечала ей ласковым взглядом, но Анна не могла забыть, как она смотрела на Виту во время истории про хранителя и пожирателя.
Время двигалось к полуночи, и все стали расходиться по своим комнатам. Лада в пижамных шортах и майке расчёсывала волосы, собираясь заплести косу на ночь. Анна, встав у неё за плечом и любуясь ею с лучиками улыбки в уголках глаз, провела между её лопаток пальцем. Та поёжилась, смешливо передёрнула точёными плечиками.
— Ай, щекотно!
Лопатки задвигались под её кожей, вся её фигурка светилась изящным совершенством фарфоровой статуэтки. Анне хотелось всем телом прильнуть к ней, смаковать её, как лакомство... Она подошла вплотную, обняла сзади, дохнула в ушко.
— Один только вопрос... Ты с Витой знакома?
Лада спокойно улыбнулась в зеркале.
— Врать не буду — да. Но это было очень, очень, очень давно. Прошлое — в прошлом, а моё настоящее — это ты.
— Гм... Мир тесен, оказывается, — хмыкнула Анна.
— Я тебе больше скажу: даже вселенная не так уж велика, — подмигнула Лада.
Она гибко повернулась в объятиях Анны лицом к ней. Камина в комнате не было, но Анне чудились в её глазах тёплые рыжие отсветы пламени. Они согревали сердце и рассеивали тревогу. Ощутив губами мягкий, раскрывающийся в поцелуе ротик, Анна со стоном-рычанием сгребла её и прижала к себе крепче.
— Ты — хранитель, — прошептала она. — Хранитель моего мира и моего сердца.
Улыбчивые искорки заплясали в глазах Лады, руки обвились вокруг Анны властно-шаловливым, цепким кольцом.

*

Ночь была чёрная, беззвёздная, тихая. Даже собаки не лаяли. Острота ледяного воздуха не оставляла сомнений: температура упала ниже нулевой отметки, но это не прогоняло в дом коренастую круглоголовую фигуру, сидевшую за садовым столом в жутковатой неподвижности. Казалось, сковывающий холод был ей нипочём.
Дверь открылась, и на крыльцо тихонько выскользнула изящная фигурка с белокурой косой. Поёжившись и запахнув поплотнее джинсовую курточку на меху, она подошла к фигуре за столом. Та не двинулась, не произнесла ни звука. Девушка с косой несколько мгновений стояла перед ней, потом тоже присела к столу.
— Что, всё ещё не можешь простить мне тот мир? Поверь, я знаю, что ты чувствуешь. И я себя чувствую не лучше.
В ответ — тишина, тьма, холод.
— Я знаю, что поступила эмоционально. Импульсивно. Поставила твою жизнь выше, чем жизнь целого мира. Наверно, я вообще более эмоциональна, чем надлежит быть хранителю.
— Ты уже не хранитель, — гулко ответил холодный мрак.
— Да, чёрт побери, я знаю! Но я стала тем, кто я теперь есть, не ради себя. Не потому что хотела жрать миры. Я должна была выжить, потому что кто ещё, кроме меня, дал бы тебе тот спасительный пинок?
— Слишком дорогой ценой досталось это спасение.
— И это я тоже знаю. Наверно, я заслуживаю называться раковой опухолью вселенной... Я мыслила не как хранитель. И тебя чуть не свернула с хранительского пути. Но не вини себя, отпусти этот груз. Причина моего поступка — не ты. Причина во мне, в моей сути. Моё нутро слишком страстное.
Лицо Лады озарил внутренний свет, волосы вспыхнули искрящимся золотом. Её кожа светилась изнутри, а из зрачков вырывались ласковые лучики. Отблеск упал на лицо Виты, застывшее маской горькой печали.
— Готова поспорить на что угодно: тебя можно принять за пожирателя, а меня — за хранителя, — рассыпала Лада мерцающие блёстки нежного смеха. — Вот уж воистину — внешность обманчива! Но, как бы ты ни выглядела, я рада тебя видеть. И узнаю тебя в любом обличье. Ты — это всегда ты.
В морозной тьме глаз Виты проступила то ли тень далёкой, усталой нежности, то ли... шут его знает.
— А ты? — спросила она.
— Я тоже. Даже если я пожиратель — это всё равно я. Моё сердце открыто перед тобой, и ты можешь читать в нём мои намерения.
Лицо Виты, на несколько мгновений смягчившееся, снова посуровело, взгляд зазвенел булатной сталью, но в нём не было ненависти или неприязни — только сдержанная скорбь и требовательный, настойчивый вопрос.
— И всё-таки — зачем ты здесь?
— Ну уж, конечно, не для того, чтобы поглотить этот мир, — улыбнулась Лада тепло и безмятежно. И добавила уже серьёзно: — Я здесь для того, чтобы меня остановили.
Жёсткие губы Виты дрогнули, непроницаемый мрак глаз озарился сильной внутренней вспышкой чувства. Лёгкая белокожая рука Лады утешительно легла на её смугловатую руку.
— Тш-ш... Ну-ну, держи себя в руках... Да, я хочу, чтобы это сделала ты. Всю силу, что есть во мне, можешь взять себе и использовать так, как считаешь нужным. Есть большая вероятность, что это продлит твой век, в сокращении которого виновна я. Я сожалею, что всё так получилось... Я уже не могу вернуть тот мир и его обитателей, но могу хотя бы помочь тебе эффективнее беречь этот.
Вита медленно, горько качала головой. Лада, прижимая её руку своей, ласково, но твёрдо проговорила:
— Меня НУЖНО остановить. Ты же знаешь, что сама я не смогу. Я могу доверить это только тебе. Ты поступишь правильно, я не сомневаюсь. Ты — настоящий хранитель, сильный духом и верный своему долгу, а я оказалась непригодной для этой непростой стези. Давай... Сделай это.
— Смогу ли я? — глухо проронила Вита. Её крепкая рука с широкой ладонью поднялась и накрыла худенькую кисть Лады, сдавила со смесью нежности и отчаяния.
— Не думай о том, что ты можешь и чего не можешь! Просто делай то, что должна сделать! — Голос Лады властно пророкотал нечеловеческой глубиной и силой, она поднялась с места, разводя руки в стороны, как бы для объятий.
Вита тоже вскочила, как пружиной подброшенная. Из груди Лады вырвался луч, ударил вверх, как прожектор, и в небо взвился огромный дракон, покрытый сияющей перламутровой чешуёй. Он озарил эту безлунную и беззвёздную, глухую ночь — и Виту, стоявшую с поднятым к небу лицом и раскинутыми в стороны руками.
Второй луч, второй дракон. Два светящихся существа порхали, кружили, и выглядело это не как поединок, а как танец. Они изящно изгибали длинные лебединые шеи, сплетались ими, касались друг друга мордами и хвостами, а распахнутые крылья раскидывались на полнеба. Последнее объятие — и один дракон впился другому в горло. Тот, дёрнувшись несколько раз, начал тускнеть, становиться полупрозрачным, пока наконец не растаял в воздухе, осыпаясь на землю мерцающей золотистой пылью.
Столб света втянулся в грудь Виты, а внутренне сияние Лады погасло. Затрепетав закрывающимися веками, она покачнулась, но была подхвачена Витой. Та на руках унесла её в дом, а ночь снова стала непроглядно-чёрной. Никто не проснулся. Вскоре зашелестел дождь.

*

Анна пробудилась раньше всех в доме; было ещё темно. Под боком, зябко сжавшись под одеялом в комочек, сопела Лада. Её брови хмурились во сне, она постанывала.
— Лад... Ты чего? — Анна пощекотала её поцелуем, но та не проснулась, лишь повернулась на другой бок.
Анна подошла к тёмному окну. Кажется, сквозь сон ей чудился грохот и вспышки. Неужто гроза на пороге ноября? Ну, так и есть: свет из окна на мансардном этаже соседского дома бросал блик на мокрую поверхность садового стола.
Лада опять застонала во сне, и Анна поцеловала её более решительно. Глубокий вздох — и любимые ясные глаза открылись.
— Радость моя, ты чего стонешь? Болит что-то? — Анна обняла её, тёплую и хрупкую, с растрёпанной косой.
— Голова гудит немножко, — поморщилась Лада.
Анна пощупала её лоб.
— Давай-ка температуру измерим, а?
Она нашла в аптечке градусник и сунула Ладе под мышку. Та послушно держала его, кутаясь в одеяло и глядя прямо перед собой, будто спала с открытыми глазами.
— Тридцать семь и три, — озабоченно проговорила Анна, достав нагретый кожей Лады термометр.
— Пустяки, — сморгнув оцепенение, улыбнулась Лада. И пробормотала: — Слабое, смертное существо...
— Что? — вскинула Анна брови.
— Хах... — Лада вместо ответа издала смешок.
— В смысле? — недоуменно допытывалась Анна.
Лада улыбнулась рассеянно-ласково, погладила её по плечу.
— Да так, мысли вслух. — И добавила, выбираясь из одеяльного кокона и протягивая руку к свитеру: — Пойдём-ка лучше, чаю выпьем.
Анна попыталась уложить её обратно в постель, но та не желала отлёживать бока, заявив, что сносно себя чувствует. К чаю она сделала для Анны бутерброд с маслом и яблочным повидлом, а сама к еде не притронулась. Чуть позднее проснулись Марина с Олей, а потом показалась озадаченная Наденька с телефоном в руке.
— Слушайте, никто не видел, как Вита уезжала? Ни словечка не сказала, смылась по-английски, только SMS-ку скинула: «Извини, срочные дела». Что за ерунда... — Она снова набрала номер, досадливо цокнула языком. — Ну вот, опять абонент не абонент.
Отъезда Виты не заметил решительно никто. Марина с Олей сказали, что спали как убитые и ничего не слышали, а Лада загадочно молчала, отхлёбывая остывающий чай маленькими глотками. В душе у Анны снова заскрёбся когтистый, лохматый зверёк подозрений. Может, это было как-то связано с тем, что Лада и Вита знали друг друга?
В восемь утра сели за стол. Место Виты зияло странной, вибрирующей пустотой. Завтракали яблочным пирогом с чаем, одна Наденька попросила кофе. День начинался хмурый, из-за густых туч в доме было сумрачно, как вечером. Анна растопила камин, и стало чуть уютнее.
Наденька вышла покурить на крыльцо, накинув на плечи элегантное бежевое пальто. Анна давно бросила, но за компанию постояла рядом — пассивным курильщиком.
— Сон такой чудной приснился, — проговорила Наденька, щурясь в пасмурную осеннюю даль. — Как будто я летаю верхом на удивительном драконе... Такое чувство восторга, такой... почти оргазм от полёта! А дракона я совсем не боялась: он добрый. Весь такой светящийся, очень красивый. — Наденька выпустила дым в холодный воздух, потёрла внутренние уголки глаз, улыбнулась. — Скучаю по нему. Так хорошо было с ним летать... Веришь — пустота вот здесь такая без него! Как вот это серое небо...
Она приложила руку к груди — «вот здесь».
Вчерашнее застолье упорхнуло, как журавли на юг, оставив после себя щемящее чувство туманной грусти и недосказанности. Разговор не клеился, молчащая гитара стояла сиротливо у дивана. Наденькин торт ещё вчера уговорили Марина с Олей, эти два проглота; обедали чем бог послал, а точнее, тем, что осталось в холодильнике. Лада мыла посуду, то и дело шмыгая носом. Отвернувшись от Анны, она тихонько, деликатно высморкалась в бумажное полотенце.
— Так, голубушка, иди-ка ты отдыхать, я с посудой как-нибудь сама, — сказала Анна, отстраняя её от мойки за плечи.
Но Лада не ушла — стояла, прислонившись к подоконнику и знобко обхватив себя руками. Лицо у неё было больное и измученное, с покрасневшим от насморка носиком.
— Случилось что-нибудь? — осторожно и сдержанно спросила Анна. Виту не хотелось называть, но имела в виду она именно это.
— Ничего такого, о чём стоило бы беспокоиться, — улыбнулась Лада грустновато, с усталым теплом.
— Точно? — двинула бровью Анна, ставя очередную тарелку на сушилку для посуды.
— Точно, точно.
Наденька уехала в четыре, а в шесть Анна отвезла Марину с Олей на вокзал. Вот уж поистине удивительные гостьи: приехали, всё съели и уехали, а Анна только диву успевала даваться, как в этого жонглирующего едой в четыре руки «Шиву» столько помещалось. На сердце было неспокойно, ей всё казалось, что Лада тоже исчезнет; подъезжая к дому, Анна ощущала стойкий холодок под ложечкой. Но, ещё с порога услышав звон струн, с облегчением выдохнула.
Она подошла к погасшему камину и принялась снова растапливать его. Лада прикрыла рукой струны, и они резко смолкли.
— Штирлиц всю ночь топил камин. К утру камин утонул, — проговорила она.
Она сказала это без улыбки, но на душе у Анны стало ещё чуть легче и светлее. Панцирь напряжения на плечах растаял. Большими неподвижными глазами Лада смотрела на разгорающееся пламя.
— Ты как будто где-то далеко, — сказала Анна, присев около кресла и нежно ткнувшись носом ей в щёку.
Лада, будто очнувшись, заморгала, посмотрела на Анну внимательно, пристально.
— Нет, я здесь. Здесь и сейчас. С тобой.
На мгновение Анне почудился в её глазах знакомый бездонный космос, но он не пугал, не леденил, а просто зачаровывал, мерцал светом галактик, древний и всезнающий. Ей могло быть и двадцать пять лет, и двадцать пять тысяч. А может, и парочка миллиардов.
— Я здесь и сейчас, я в твоих руках — всё, что от меня осталось. Всё, что есть — твоё.
Эти странные слова и странный взгляд дохнули Анне в грудь горьковатым, тревожным холодком.
— Ты о чём, Лад?..
Та уже целовала Анну в висок и ворошила пальцами её волосы, шепча:
— Не бери в голову. Это так... То ли стихи, то ли ещё что. Может, песня будет.
И Лада снова тронула струны с улыбчивыми лучиками в зрачках. Анна, присев на подлокотник кресла, склонилась и чмокнула её в светлую макушку.
— А-а... Что ж, песня — это хорошо. Это здорово.

11-15 октября 2019

http://s8.uploads.ru/8AqDN.png

+20

4

http://s8.uploads.ru/t/NXZik.png

Осень. Германия.
Было это в 2008 году. В аккурат на Хеллуин (но кто же знал….)
Поехали мы с Братом в Германию в командировку. Я - Лара и Бразе - Вова. Систер 35 годков и Бразе 40 лет. Цель изучить рынок недвижимости. А на деле развеяться и пережить бурный развод брата.
В аэропорту взяли автомобиль в прокат и решили просто поездить по Германии.  2 недели в чужой стране, без знания немецкого языка самое то.
Берлин!! Все отлично. Ночью на пустой улице встретили девушку, которая на чистом русском языке объяснила нам, как дойти до Дворца Шарлотты.  Девушка была армянкой. Берлин - все говорят по русски.
Бремен!! Все отлично. Говорим по английский или на пальцах. Или через гугл переводчик.
Кельн!! Все супер. Не с кем не говорим только с навигатором.
Навигатор – редиска , «плохой человек» говорит нам, а поехали в страну сказок. Тут не далеко. И маршрут нам рисует Хамельн (Hameln). А нам то что? только повод дай и новую цель.
И вот пошли первые ошибки….
Время 17 часов мы выезжаем по навигатору. Через 4 часа мы будем на месте.
Время 21-00 мы въезжаем в город. Тихий немецкий городок. И он спит….
Весь город спит в 21-00 Карлл!!
Ночь. Тишина.
Гостиница 1. Гостиница 2. Гостиница 3- рецепшен работает до 20-00. После этого нет заселения. Нет людей. Только номер телефона на двери.
Нашли гостиницу Хилтон - один номер стоит 250 евро. Жаба душит.  До этого снимали номера по 30 евро.
Решено заночевать в машине.
Подъехали в тупичок.  Около красивого старинного здания. Поставили машину, что бы за стоянку не платить.
Съели все что нашли. Выпили все что было. И решили по коньячку из дьютифри. Тепло в машине. Хорошо. Сидим про жизнь говорим, коньячек пьем. Час сидим. Два сидим. Окна запотели.
И решили мы немцам отомстить, за их режим жизни, в 8 спать лежаться, магазины в праздники не работают, пиво на заправке по 0,33л. И т.д.  а если проще, то захотели в туалет.
Бутылочка конька придала импульса. И в полночь мы вышли на дело….
Слегка шатаясь и чувствуя себя ниньзями, мы под покровом ночи ищем закуток для мокрого дела.
Мальчики на лево. Девочки на право.
Ночь и полнолуние.
Сижу за машиной фокусирую взгляд.
-АААААААААААА!!!
Надгробные плиты.
Бегу в другую сторону.  Делаю очень - очень быстро свои дела.
Шопотом на всю улицу шепчу-ВОВА!!!!!
Тишина…
- Б… Вова ты где??
- Што?
- Вова, мы на кладбище!!!
- пип. Пип. Пип. Как? Мы в центре города.  Вокруг нас жилые дома!
- Кто же знал. Что у них во дворе могут быть могилы?
-я не могу уехать сейчас. Я пьян. И сильно. Давай в машине переждем до утра и как рассветёт уедем. Я больше не пью. Ик…
Сидим в машине. На душе кошки скребут. Светит полная луна. Полнолуние. Тихий чужой город. Жуть.
И вот издалека раздается шум автомобиля.  По пустой дороге едет авто - желтый жук с прицепом. Как домик на колесах. Что это? Точно везут лошадь серую в яблоко.
-Пойдем, пройдемся?
- ок. Пошли за желтым жуком.
Идем. Ночь. Фонари светят. И их ветром раскачивает. Жучек остановился. На перекрестке. Из него вышла девушка с длинными белыми волосами, в черной накидке до пола. И вывела лошадь под уздцы из своего прицепа. Села верхом. Расправила плащ. И медленно поехала по улице вперед.
Цок. Цок. Цок. Цок. (копыта по мостовой)
сволочь страшно!! Где мой коньяк!! Но жутко любопытно. Идем в том направление. Держимся в тени домов. Не шумим.
Блондинка повернула на другую улицу. Идем за ней.
Отстали от неё минут на пять.
Видим в конце улицы темную- темную площадь . Девушка на лошади стоит  в центре. И вдруг со всех сторон появляются маленькие существа с Фонариками на палочках. Их десятки. Нет сотни. Все в накинутых капюшонах. И в руках у них горят маленькие фонарики.
В полной тишине они строятся за лошадью в длинную процессию.
Опять – пара глотков коньяка. Стоим не дышим. Смотрим затаив дыхание.
  Цок. Цок. Цок. Цок.
Девушка на Лошади медленно пошла. Вся процессия молча двинулась за ней.  Как раз в нашу сторону. Прижались к углу дома. Стоим смотрим.
Они стали идти мимо нас.
Серая лошадь в яблоках. Блондинка в развивающемся плаще. И сотня маленьких детей с фонариками на палочках. Все это в полной тишине. И только цокот копыт по каменной мостовой.
Они повернули на перекрестке и все исчезли…
Мы по последнему глоточку коньячка и идем их искать. От пьяных русских еще не один немец не уходил. Ик.
За поворотом Ратуша и Кирха.
А между ними проход. Вот туда все и ушли. Ураа!! Мы их нашли. Кто не спрятался , мы не виноваты. Детей встретили родители. Они накрыли столы. Бразе побежал в кусты (не умеет пить). Мимо меня Красавица на лошади поехала к своему жучку. Осень бодрит. Кровь кипит. Алкоголь бьет в голову. Я одна стою в своей красной кожаной куртке на перекрестке - семи дорог.
- Пипец. какая ты красивая!,  Говорю я ей. Она чуть с лошади не упала. Я же на русском ей это сказала. И видимо в этом городе Сказок русский язык пароль к шифру.
-Надо меньше пить, сказала мне блондинка,  свешиваясь с лошади к моему лицу.
- тебе или мне?
-Обоим.
И поехала дальше.
Что это было?? Моя больная фантазия или реальность??
Через минуту пришел Вова.
-Что вообще здесь происходит??
-Давай загуглем где мы и что это за хрень.
«Мы читаем легенду о крысолове, который увел в этом городе с собой 100 и 30 детей.
Певец, хвалимый повсеместно,
Я также детолов известный.
Под лютню запою, и вмиг
Стихают детский плач и крик!
И как мальчишки ни резвятся,
И как девчонки ни дичатся —
По струнам проведу рукой,
И все они бегут за мной.
А улицу, по которой двигалась вереница детей, завороженных мелодией Крысолова, называют «Улицей молчания»»
И с каждой минутой нам становилось все странше и странше
Ночь. Полнолуние. Крысолов и Ведьма на белом коне.
-Ик. Нам эту ночь без 100 гр не пережить. Пошли к машине. Там виски во фляжке есть.
Сели в машину. Заблокировали двери. Завели машину. Согрелись. Коньячок и виски. Развезло маленько. На душе стало хорошо и спокойно. Почти уснули.
Слышим, мимо машины идут люди. А мы в машине сиденья опустили и нас не видно. Я поднимаю голову и сразу падаю обратно.
-Вова!!, что за хрень!
-Я не знаю. Сегодня дурдом какой-то.
Около машины под фонарем стояли три ведьмы. Брюнетка, блондинка и рыжая. Черные плащи, остроконечные шляпы и кривые посохи держали руки с черным маникюром. Короче жуть полная.
До рассвета было ещё далеко.
-Давай загуглим. Вдруг сегодня шабаш у ведьм в этом чудесном городе Хамельн.
Сказано-сделано. Ведьмы шифруются сильнее чем лесби. Подумала я, не найдя не какой информации о них.
Кстати о лесби гугл пишет, что сегодня открытие темного ночного клуба и лесби вечеринка в честь хэллоуина.
-Хелпи ми плиз. Сказала я хриплым голосом, открывая машину и выползая с лежачего сиденья. Бразе со своей стороны вообще выпал. А с его ростом в 190  это то еще зрелище.
Как быстро бегают напуганные ведьмочки))) 100 метровку за 10 секунд! Хусейн Болт не иначе.
-А пойдем в гей клуб!!!
Сказали мы и пошли. В немецкий гей клуб что бы Вы понимали. (ЯЯЯ. Дастишь фантастишь) - это, походу, все моё знание немецкого языка.
Допили все из фляжечки. Навигатор нарисовал нам путь до соседней подворотни. И мы пошли, ветром, гонимые - в мир неведанный нами.
И кто говорил, что немки не красивые?? А какие они добрые в своих латексных костюмах и плеточках в руках, так и улыбаются, так и улыбаются, так и манят… ещё помню тыковки, свечечки..
Но это наверное другая история….
Утренний подсчет показал в клубе выпито и съедено, и за стриптиз заплачено в 2-3 раза больше чем за гостиницу Хилтон. Экономные зато.
Это был мой первый Хэллоуин

http://s9.uploads.ru/Ansed.png

+9

5

http://s7.uploads.ru/t/L74Ma.png

Нарушенный запрет
У моей прабабки в деревне, эту историю очень любили ребятишки постарше,вечно они пугали малышей, а те только к мамкам бежали, да боялись спать потом.Много раз история изменялась,любили люди приписать что-то такое-своё.
Да ладно-ладно, не буду тянуть.
Начнем...
Было это прекрасной, разноцветной осенью в маленькой деревушке под Калужской областью. Обычная деревня,где все друг дружку знают;вот тут мальчики бегают, в разбойников играют, там девчонки в колдучники, бабки на скамейке сидят, подставив морщинистые лица под последние лучи,такого теплого солнышка.
Были вот только в деревне два мальчугана, шустрые такие, не сиделось им без дела никогда. Скучными им показались эти резиночки,разбойнички.Поднадоело им во дворе играть и решили они в лес пойти, в партизанов играть.
Коль уж эта была обычная деревня, то как полагается был в ней дремучий, загадочный лес. Много случаев было, когда в нем пропадали люди. Даже взрослые никогда не ходили туда поодиночке. И было это негласным запретом,не ходить туда детям, и никто не смел нарушить этого.
До того дня....
В тот день было очень солнечно,дети поснимали куртки, да бросились играть на улицу. А наши два мальчугана принялись рассказывать о своей идее друзьям.Но не увидели они на лицах своих товарищей восхищения и любопытства,ведь никто не собирался поддерживать их идею, больно уж все боялись этого леса.Тогла обиделись мальчики и решили сами идти,доказать хотели, что они не трусы, как все остальные.Подождали они, когда их родители на работу пойдут, да ай да обратно в дом.Подготовиться-то они хотели основательно, коль уж играть в войнушку, так как по настоящему. Взяли они рюкзаки, положили туда хлеба батон,кукурузу, да ножик и отправились они в дорогу.
Путь у них был веселый,то из кустов наблюдали за соседями, то яблоки у тех воровали,то девченок дернут за косички, да побегут от них.
Но как вышли они из деревни, только тогда заметили, что уже начинает темнеть. Вот тут то они и почувствовали усталость. Невмоготу было уже тащить рюкзаки и решили они их бросить. Набили карманы хлебом и дальше путь держать.
Шли они, шли и увидели болото-зеленое,обширное,заросшее мхом, у них в деревне его ещё "Ведьминым болотом" называли. Вот тут то и стало по настоящему страшно им.
Огляделись они вокруг, и поняли, что уже совсем стемнело,дождик капает, хлеб закончился и воды нет.
Уже хотели было заплакать, да вспомнили, что мамки то рядом нет,надеяться только на себя надо, посидели, отдохнули немного, и дальше пошли. Еле-еле пробирались они через сухие,покрытые паутиной,свисающие с высоких деревьев ветви. Обходили коряги, которые так и наровили под ноги попасть, перепрыгивали упавшие березки.
Вскоре увидели они домик перед собой, старый престарый,как будто сейчас развалится.Крыши дома почти не было видно, так закрыли ее разросшиеся растения. К двери дома вела тонкая, старая лестница.
По которой они и решили забраться в домик,всё равно уже промокла вся одежда,а при ходьбе были слышны чавкающие звуки сапог,всё сильнее их мучала жажда.
Дверь открылась со страшным скрипом,из под крыши вылетили летучие мыши,где-то залаяла собака, напугав мальчиков.
С осторожностью мальчишки переступили порог дома и их взгляду представилась огромная,мрачная комната.Старые шкафы, на которых стояло множество различных старых баночек,по углам комнаты стояли статуи животных. Окна были завешены темной тюлью в пол, а в печке что-то готовилось, наполняя комнату таким пряным запахом. Принялись мальчики ходить по комнате, с интересом разглядывать бутылочки, банки,даже заглянули что же такое вкусное готовится в этом доме. Но недолго они разглядывали эту комнату.
Подходя рассмотреть статуэтки животных поближе, они услышали скрип, потрепанных временем ступенек на лестнице. Медленно оглянулись назад и увидели они старуху.
Седые волосы свисали двумя толстыми косами по плечам,черное платье в пол старуха будто волочила за собой,а черные как смоль глаза ужасно выделялись на белом костлявом лице.
Медленно она подходила к мальчикам,доски под ней скрипели,иногда казалось будто пол вот-вот провалится.
Не моргая от ужаса и открыв рот от удивления, на лицах мальчиков застыли страшные гримасы.
Кинулись они было к двери, да давай пытаться ее открыть,но дверь даже не думала отворяться,будто с той стороны ее кто-то подпирал.
Тем временем старуха подходила сзади, а мальчики все ближе и ближе видели ее тень на серой стене.
И тут увидели они, как открылось окно и холодный ветер заполнил комнату,задувая единственный источник света-свечку на столе,а тонкие руки старухи опустились на их плечи. Плохо стало мальчикам, и упали в обморок они.
Проснулись они уже утром и увидели то, что никак себе не могли представить. Старуха покачивалась в кресле,укрытая длинным пледом, что-то вязала,напевая какую-то мелодию себе под нос.На её коленях мурлыкали черные котята,а тюль, позади неё казалась совсем не мрачной.
Прижались мальчики друг к другу, сидят тихо, нервничают, оглядываются, боятся смотреть на старуху.
Тут раздался тихий ласковый голос старушки:
"Чего рассеялись-то,за стол идите, кормить вас буду".
Накормила их старуха тыквенным супом, да наказала им, чтоб слушались родителей в следующий раз и далеко так от дома не уходили. Потом проводила их старушка в деревню и пирожков своих в придачу дала.
С тех пор, в деревне слухи про болото и ведьму прекратились, которые как выяснилось потом, придумывали сами жители.А ту "Бабу Ягу" народ теперь знал, как Бабу Глашу.
Вот так и подружились жители деревни с одинокой доброй бабушкой,которая жила на окраине деревушки.
Мальчики часто ходили к старушке, кормить её котов, а бабульки из деревни любили с ней посплетничать.
Вот и сказочки конец, а кто слушал-молодец!

http://s3.uploads.ru/s3UkY.png

+12

6

http://s7.uploads.ru/t/j9byl.png

ХЭЛЛОУИН ПО-РУССКИ
     Машка позвонила как всегда не вовремя, я практически спустилась в метро,  когда раздался звонок, пытаясь удержать падающий пакет я с раздражением ругаясь про себя начала рыть просторы сумки, забитые всякими нужными и просто необходимыми вещами, но в просторах которых отыскать телефон с первой попытки совершенно не реально. Но телефон звонил настойчиво, в соответствии с умной установкой увеличивая звук сигнала и никак не хотел отключаться. Пакет все-таки упал на пол и когда я нагнулась поднимать его с веселом стуком вдобавок на пол выпало куча других вещей из раскрытой сумки, но все плохо не бывает и наклонившись около упавшего пакета каким-то чудом удалось зацепить телефон.
- Да,- крикнула я в трубку в раздражении, не успев даже посмотреть кто звонит.
- Представляешь, я нашла совершенно улетное предложение  на Хэллоуин ,- раздался радостный голос Машки.
Что такое праздновать Хэллоуин общее представление я конечно имела, но принимать участие в этом диковатом празднике мне ни разу не приходило в голову.
- Поздравляю, совершенно без энтузиазма откликнулась я, тщетно пытаясь поднять что-то с пола и держа телефон только ухом, прижатым к плечу.
- Участие совершенно бесплатное, включая напитки и еду, но записаться нужно сейчас в течение часа, ну мы идем? - раздался в трубке голос подруги захлебывающийся от восторга, - да еще представляешь в клубе «Солянка».
- Так его вроде закрыли? – изумилась я.
- Вот, видимо сняли в аренду, приглашают на праздник, как рекламная акция и очень интересный квест обещают, ну что, мы идем, я записываюсь.
    В нормальной ситуации я бы конечно сказала «нет», но сильно опаздывая и к тому же стоя над разбросанными на полу вещами мысль была только одна, поскорее закончить разговор и начать наконец это все собирать, тем более я стояла почти на проходе и за время разговора получила уже несколько толчков в спину от спешащих граждан.
- Да, записывайся, сказала я, - шея занемела от наклона.
- Ну все, ты у меня чудо,- радостно прозвучало в ответ,- там даже написано, что костюмов не надо, можно выбрать любой понравившийся там.
- Все, пока, до вечера, я опаздываю,- успела сказать я, - получив очередной толчок в спину и как жонглер ловя на ходу вылетевший из под уха телефон.
    Собрав с пола вещи и подняв пакет я рысью понеслась дальше по делам начисто забыв о разговоре, которому честно не придала большого значения.
     Вечером, когда я уже налила большую чашку ароматного чая и думала поуютнее устроится в кресле посмотреть интересный фильм в дверь раздались два коротких и один длинный, настойчивый звонок, так звонила только Машка и, если честно эта ее манера меня слегка раздражала, но перепутать ее было ни с чем нельзя.
     Вздохнув от того, что сейчас опять спокойный вечер превратится в феерию эмоции, я пошла открывать дверь.
      После быстрого поцелуя, полностью в Машкиной манере, быстро уткнувшись в любое доступное для ее губ месте подруга вихрем внеслась в мою маленькую квартирку, на ходу скидывая кроссовки и куртку и совершенно не заботясь о том, в каком виде оставлены ее вещи подруга вихрем влетела в комнату.
- О, чаек,- раздался ее восхищенный голос, пока я в маленько коридорчике ставила ее кроссовки и вешала в шкаф куртку.
    Когда я вошла в комнату Машка уже забралась поджав ноги на мое кресло и потягивала ароматный, еще дымящийся чай из моей чашки, вздохнув я пошла на кухню наливать себе новый.
   - Чай у тебя отличный, умеешь заваривать,- услышала я войдя в комнату.
- Добрый вечер, я тоже рада тебя видеть,- тоном мамы, учащей хорошим манерам не воспитанного ребенка произнесла я.
- Так здоровались уже сегодня?- недоуменно посмотрела на Меня Машка, совершенно не понимая причину моего раздражения.
- Когда?
- Ну когда я днем тебе звонила и сказала про Хэллоуин, все я записалась, номер и пригласительные придут по электронной почте указанные при регистрации.
- Какой Хэллоуин? – спросила я вытаскивая из памяти дневную ситуацию с ее звонком и упавшими в метро вещами и раздражаясь еще больше.
- Ну праздник всякой нечести, который теперь все отмечают.
- Кто отмечает эту ерунду?
- Ну все уже и давно, но не будь врединой, ты же согласилась, я записалась,- уже почти обиженно потянула Машка.
- Слушай, зачем нам туда идти, ну что мы дети малые, давай лучше посидим дома, посмотрим кино и отдохнем.
- Ты обещала и сама сказала, давай записывайся, я никогда не была на настоящем  квесте, а там мало того, что бесплатно, еще и настоящее шоу обещают и это повезло просто, что я успела, я проверяла, уже предложение не висит и может я потом буду жалеть всю жизнь, что туда не попала,- в голосе подруги уже явно чувствовалась обида.
- Эх, ладно, Хэллоуин, так Хэллоуин , - вздохнула я интуитивно Машкина затея мне совершенно не нравилась, но если все так по- дурацки получилось…отступать было некуда.
- Про какие номера ты там говорила?
- Ну всем участникам будут номера присваиваться, видимо потом будут победителей определять,- не очень уверенно произнесла подруга.
- Ладно, во сколько начало?- уже почти смирившись спросила я.
- Там надо быть к девяти вечера, я зайду за тобой в восемь и поедем.
- Хорошо.
     После ухода Машки я решила посмотреть, так что же такое Хеллоуин…
«Хэллоуин традиционно отмечается в ночь с 31 октября на 1 ноября. В Шотландии и Ирландии,  носил название Oidhche Samhna и Oнche Samhna (на шотландском и ирландском соответственно), и современные носители гэльских языков по-прежнему обозначают Хеллоуин словами Oнche/Oidhche Samhna. До сих пор на севере Шотландии и Ирландии принято проводить ритуалы для успокоения мёртвых и рассказывать ночью 31 октября легенды о предках. На следующий день после католического Дня всех святых (2 ноября) празднуется День всех усопших верных»,- гласила Википедия..
        Да уж, кому в голову пришла мысль такой праздничек устраивать, ну да ладно, еще пять дней есть, может само рассосется как-то, хорошо, что еще суббота хоть…
      Все оставшиеся пять дней мысль о предстоящем празднике и необходимости участвовать в нем была почему-то сильно не приятна и не выходила из головы, я злилась на Машку с ее нелепым энтузиазмом и на себя за мягкотелость и согласие участвовать в этом сомнительном действе и даже на тех, кто принес эту странную традицию праздновать глубокой осенью этот странный праздник на просторы моей страны, ну честно не очень люблю проводить время в клубах, а уж тем более участвовать в каких-то непонятных соревнованиях.
        В субботу после домашних дел я ощутила какое-то полное бессилие и даже тоску и захотелось просто лечь и почитать книгу, но необходимость тащиться на вечеринку, которая возможно продлится всю ночь висела дамокловым мечом.
        Я все же решила прилечь, хоть не надолго и незаметно для себя уснула. Разбудил меня знакомый, уже набивший оскомину звонок, два коротких и один длинный, пришла Машка и пора было собираться.
- Что такая заспанная?- с порога поинтересовалась она
- Да вот отдохнуть решила перед твоей тусовкой.
- Давай быстренько собирайся, опаздываем уже.
- Да собираюсь, я собираюсь, без всякого желания ответила я, натягивая куртку и последний раз проверяя в сумке документы, телефон, ключи.
- Будет весело обещаю,- выпалила Машка, словно не замечая моего настроения.
- Хотелось бы поскучнее,- опять без всякого энтузиазма ответила я.
  Клуб «Солянка» мы знали с давних времен, довольно респектабельный и иногда там проводились неплохие концерты, большим плюсом была его уютность, сделан он был как большая и со вкусом обставленная квартира и при желании всегда была возможность просто посидеть в тихом уголке, что обычно делала я потому, что Машка неизменно оказывалась в гуще событий и если была танцевальная вечеринка, то танцевала до упаду.
Сидя в такси я все еще тешила в голове мысль о том, что это какая-то ошибка или розыгрыш и клуб на самом деле закрыт и все Машкины листочки и приглашения это просто очередной фейк и мы доедем до клуба, поцелуем закрытую дверь и спокойненько уедем домой отдыхать…
           Увы… в это раз мечтам не удалось сбыться…
             Уже на подъезде к клубу я заметила свет в окнах, принадлежащих клубу, оживление на улице и совершенно идиотский символ этого..действа, даже язык не поворачивается назвать его праздником, огромные тыквы с вырезанными лицами , расставленные в окнах.
             С чувством обреченности я вышла из машины и поплелась вслед за Машкой, почти визжащей от восторга…
              На двери большими деревянными буквами, стилизованными под древнеславянские красовалась надпись: «Постойный дом». От которой стало вообще как-то угрюмо…
- Вот приперлись, еще и в отстойный дом попали, сказала я уже зло.
- Ну не будь букой, раздался Машкин голос,- необычно же и весело, хорошо повеселимся, восторженно произнесла подруга. Я ее оптимизма не разделяла…
      На пороге стоял бородатый длинноволосый мужик в русской рубахе, подвязанной щегольским красным пояском,  расстегнутом старом овчинном тулупе, широких штанах и лаптях.
- Проходите гости дорогие,- произносил он и почему-то кланялся каждому вошедшему.
    Машка начала рыться в сумке и искать пригласительные, но похоже проверять их или просто спрашивать никто не собирался.
     Клуб внутри полностью изменился, привычные темно-зеленые стены были заменены деревянными, видимо стилизованными под бревна, паркет, какой-то скрипучей половицей, по середине стоял обычный круглый плохо сколоченный, видимо наспех стол, накрытый огромной вышитой в нелепые красные цветы и какие-то непонятные животные скатертью, на нем возвышался огромный начищенный до блеска самовар, по верху которого были разложены шишки, на столе стояло великое множество пирогов и блинов, солений и клубни чего-то желтого, еще дымящегося, стояли глиняные жбаны, в которых по логике должен быть какой-то напиток. Мне стало обидно, что интеллигентный и выдержанный в стиле богатой квартиры конца XIX века клуб переделали в такую пародию под русскую избу. Стульев не было вообще и по всему периметру комнаты стояли деревянные лавки. Только люстры, стилизованные под большие подсвечники старинных светильников остались прежние..и то хорошо.
    Сильно расстроившись из-за такой ужасной переделки некогда любимого клуба я решила осмотреться и понять, что за публика разделит с нами сегодняшний суетливый и неприятный вечер.
        Похоже нас ждал вечер русского фольклора.
У стола весело болтая стояли три неопределенного возраста девушки, с одинаковыми рыжими волосами с щедро раскрашенными зеленой краской лицами и в одинаковых зеленых маленьких платьях, на руках были надеты такие же одинаковые перчатки, превращавшие руки почти в перепонки с удлиненными неприятными длинными синими ногтями, на ногах были в таком же стиле туфли, они весело смеялись, периодически хватая со стола какую-то мелкую рыбешку, прямо руками, закидывая в рот и глотая ее, как мне показалось не жуя, разговаривали, громко высоко и неприятно смеясь.
   А вот еще анекдот сказала одна из них, поддерживая веселое настроение своих подруг:
Баба-Яга идет по лесу и вдруг видит обнаженную Кикимору:
- Кикимора, ты почему голая?
- Я не голая. Это я эротический костюм надела. Баба-Яга подумала, тоже разделась
и пошла дальше. Вдруг навстречу ей Змей Горыныч:
- Баба-Яга, ты что, сдурела? Голая ходишь.
- Я не голая, я эротический костюм надела.
- А-а. Так ты бы его хотя бы погладила.
Остальные опять дружно и неприятно засмеялись. Я на секунду отвернулась и не заметила как к хохочащим девушкам приблизилась горбатая и неопрятная старуха, повернулась я только на ее крик.
- Совсем совесть потеряли охальницы, про почтенную пожилую нечисть такие истории рассказывать, я между прочим по иерархии выше вас стою, вы мне кланяться должны.
- Ничего мы тебе не должны, заголосили девицы, мы древнее, еще ты и не заводилась, а мы, кикиморы уже жили.
- Да, где вы жили бессовестные, я вместе с миром духов сразу появилась.
- Да из ума ты выжила старая, несешь сама чего не знаешь.
    Девочки, сегодня праздник, давайте не будем ругаться, тем более у нас гости из людей сегодня, веселое зрелище нам предстоит,- сказал неизвестно откуда-то взявшийся подтянутый худой старик, одетый во все черное, включая совершенно неуместный по погоде плащ.
             Глаза бабки сразу потеплели, голос стал мягкий и заискивающий какой-то.
- Да мы не ссоримся Кощеюшка, просто довели уже девки, ну вот послушай какую ерунду говорят..
- Сегодня праздник,- сказал старик и было видно, что он тут один из главных, так как в его присутствии и три девицы и бабка присмирели и потупили взгляды, - тем более, что развлечение нам сегодня предстоит гораздо более интересное, сказал старик и бросил мне показалось какой-то кровожадный взгляд в мою сторону, но тут же отвернулся.
       «Не вечеринка ли наркоманов тут»,- пронеслась в моей голове тревожная мысль.
        Не весело оглядываясь я увидела несколько молодых людей, одетых в темные балахоны с капюшонами и раскрашенных в белую краску с бокалами красной жидкости. «Уж не кровь ли» - пронеслось в моей больной голове. Меня несколько замутило и я почти упала на лавку, прямо на место, заботливо уступленное мне каким- маленьким и юрким существом. Плюхнувшись на лавку, я обнаружила, что сижу почти в луже. Рядом раздался короткий и отрывистый смешок.
- Странные вы люди,- раздалось надо мной,- кто же садится после мокрухи, от нее обязательно мокрое место останется. Слова принадлежали здоровому нечесаному дядьке, с налипшими на какую-то дерюгу листьями.
- Ничего мы не странные, откуда я знаю, что у вас тут мокрые люди бегают,- со злостью ответила я.
- Люди, люди, ой держите меня, - загрохотал смехом дядька и отошел в другую сторону, хихикая в бороду и все произнося слово «люди», как -будто это было самым  веселым и необычным словом из всех, которые он слышал.
  Сборище определенно мне не нравилось и вечер как говориться переставал быть томным…
   Главное ничего не есть и не пить. Отравят еще.. или наркотики подсунут, от этой компании можно было ожидать чего угодно..
     В это время в зал вбежали маленькие, длинноволосые и раскрашенные тоже зеленой краской дети. Один подбежал ко мне и кинул на меня что-то из большого мешка, я даже задохнулась, потому, что оказалась вся обсыпана трухой. От радости маленькая бестия прямо запрыгала на месте и начала громко и радостно кричать, показывая на меня пальцем, другой чертенок подбежал к столу и кинул что-то на мирно стоящую у него Машку. Машка начала снимать с себя налипшие нитки. Существо запрыгало также радостно. Похоже Машку это совсем не огорчило и она засмеялась.
- Девки, хватить трепаться уймите детей своих, совсем лесавки распоясались, а то сейчас спать лягут,- раздался голос маленькой благообразной старушки, по видимому обращенный к зеленым девицам.
- Ну Дрема, ну не надо спать, ну мы больше не будем, ну пожааааалуйста,- заголосили дети.
Ладно, чтобы без фокусов больше, а то сон напущу, весь праздник проспите…
   Машка оживленно разговаривала с молодыми людьми у стола, одетых в дорого и хорошо сделанных костюмах черта, один из которых был худой и длинный и забавно шевелил накладным пяточком при разговоре, он по-моему понравился Машке и она явно с ним флиртовала, второй полный и не высокий стоял несколько в стороне в смущении теребил свой мастерски сделанный хвост и лишь изредка кивал головой, когда его товарищ спрашивал что-то.
- Что-то печка потухла Жиж,- пойди делом займись сказала бабка, которая ругалась на зеленых девиц. Только тут я обратила внимание, что в углу комнаты стояла настоящая русская печь, да еще похоже в рабочем состоянии.
  Парень одетый во все красное и с такими же алыми волосами подбежал к печке, открыл заслонку и дыхнул туда, я стояла рядом и могу поклясться, что изо рта у парня вылетел огромный столб огня.
- Опасных фокусников пригласили,- вырвалось у меня.
- Да не фокусник это, это Жиж, - пояснил заботливо стоящий рядом мужчина, костюм которого не отличался богатством, а состоял собственно из больших конских ушей, странных ботинок в виде копыт и таких же перчаток.
- Жиж, кто это? – поинтересовалась я.
- Ну Жиж, обыкновенный дух огня, который постоянно расхаживает по земле, испуская из себя пламя, которым то согревает почву, то разжигает пожары, неужели не знаете?- недоуменно произнес мой спутник.
- Извините, а нормальные в этом дурдоме есть, Вы вот например кто? – мой голос уже был полон гнева.
- Так все, нормальные, натуральные, я например Возила,- озабоченно произнес мой спутник тоном, как-будто в этом скопище странных личностей ненормальной была только я.
-Это еще кто?
- Как кто? – опять недоуменно спросил он, словно знать кто такой Возила положено даже младенцу,- дух, покровитель лошадей, правда лошадей стало мало, да и этих оберегать трудно становится, работа все тяжелее и тяжелее. Глаза у мужчины стали грустными.
- Ну Возила, так Возила произнесла я несколько отстраняясь.
- А пойдемте выпьем меду праздничного, ночь будет долгой, а для вас еще видимо и трудной сказал вдруг он.
- Нет уж спасибо, боюсь отравиться,- откровенно призналась я.
- Да вы что,- возмущению его не было предела,- это же праздничная ночь, тут никто не травится, да и не травят в эту ночь, против правил это, вот в другие дни легко и заморочат и околдуют, и утопят и изведут, только не сегодня, Вам очень повезло, что что встретились со всем этим именно сегодня, поверьте, пока Вы здесь, вы в полной безопасности.
Не знаю почему, но его слова произвели на меня успокаивающее впечатление и я почти расслабленно подошла к столу.
- Налейте мне меда,- попросил мужчина,- праздничный мед особенно насыщенный и силу дает..
- Вообще-то мужчинам положено ухаживать за дамами и наливать им,- резонно заметила я.
- Да я с величайшим удовольствием,- жарко произнес мой спутник,- только видите ли такое дело рук нет.
- Так снимите перчатки.
- Да не перчатки это, а копыта, самые настоящие.
- Ну ладно, хочется подурачится, давайте дурачится праздник все-таки сказала я наливая в большой глиняный стакан из жбана пахучего настоя мне и моему спутнику.
Аккуратно и ловко приподняв его двумя копытами он выпил его до дна и удовлетворенно произнес: «Эх хороший мед у банников получился в этот раз, просто отменный».
- Извините, хлебушка не дадите и солью посыпьте если можно, вот так, благодарю, произнес он, когда я поднесла кусок к его рту. Ел он громко и смачно, почти чавкая, но отвращения это не вызвало, почему-то это было даже красиво..
Я молча выпила свой стакан. Мед оказался пахучим, необыкновенно ароматным и вкусным без приторности, в общем отменным напитком. Большой румяный пирог с ароматными яблоками тоже прямо таял во рту, в жизни не ела пирогов вкуснее. Рука уже потянулась за вторым, когда раздался громкий голос:
- Итак, все в сборе, участники сегодняшнего пути тоже осчастливили нас своим присутствием и мы начинаем наш праздник, все загалдели, погас свет, горели только свечи на столах и тыквенные головы на подоконнике.
- Начинаем уже, чего тянуть то, давайте все в сборе, - раздались крики в толпе.
- Сегодня, впервые за много столетий, мы наконец решили провести наш праздник в Москве, а Москва, как вы все знаете древний город и возможностей провести путь интересно тут превеликое множество. Для избрания сегодняшних кандидатов для прохождения пути мы избрали нескольких, но по расположению звезд узнали, что реально смогут присутствовать только две девушки. Поприветствуем их. Толпа взорвалась криками, запищала, закричала, заулюлюкала, но обычных аплодисментов, полагающихся в таком случае не было. Ими присвоены номера семь, номер как известно приносящий удачу и восемь, номер приносящий благополучие. Остальные участники либо не смогли бы прибыть, либо по-просту нам для прохождения пути не подходят.
    Машка начала рыться в сумке и нашла распечатанные листки, где именно номера 7 и 8 были обозначены.
   - А теперь, начнем праздник и выпьем меда за праздничную ночь и поздравим путников с возможностью пройти путь, редко выпадающий смертным. Корша, приглашай гостей к столу.
- Кто такой Корша,- спросила я у своего длинноухого приятеля, не осознавая еще только что услышанную белиберду.
- Корша -    Покровитель питья и еды, бог пиров, ну как бы русский Вакх или Бахус. Корша — большой охотник до пива и меда,- сразу откликнулся он.
Толстый дядька с красным лицом подошел к столу и сделал приглашающий жест.
Все подошли к столу, мед полился рекой, смех и веселье начало набирать оборот, Машка смеялась и весело пила с молодым человеком, одетым чертом, с которым видимо они уже основательно подружились. Машка была уже изрядно навеселе и постоянно что-то шептала молодому человеку на ухо от чего они дружно и заливисто хохотали.
Лапу к стакану протянул большой черный кот, причем довольно нагло, почти отодвинув меня.
- Брысь,- весело сказала я.
- Мадам, вы не тактичны,- возмущенно произнес кот.
- А ты тактично лезешь к столу,- парировала я.
- Ну тут каждый сам за себя, а то голодным останешься- уверенно ответил кот.
- А ты кто такой, Бегемот что ли?
- Ну почему сразу Бегемот?- обиженно спросил кот,- начитаетесь всего, и все то коты вам Бегемотами кажутся, Коргуша я.
- Какая Каркуша?
- Не Каркуша, а Коргуша -  помощник дворового. Показываюсь в образе кота, чаще всего чёрной масти. Приношу своему хозяину припасы и деньги из других домов, воруя из-под носа нерадивого соседа-дворового. Из-за этого чаще всего и ссорятся дворовые. Во время этих ссор колоброжу, бью посуду, переворачиваю в доме всё вверх дном.
- Понятно, - ответила я, хотя не понимала ровным счетом уже ничего.
Вокруг меня кипело веселье, все пили мед, ели пироги и всякую всячину со стола, громко разговаривали и смеялись, играла какая-то залихватская, стилизованная под народную музыка, то и дело прямо передо мной пробегали с криком дети, то знакомые уже мне, то какие-то темные в смешных мохнатых костюмах…
-Домовята разошлись,- просто констатировал кот.
- А родители их где? – поинтересовалась я.
- А отец их тебя на входе встречал, а теперь,- зевнул кот, -показав большой красный язык,- да бегает где-то,- это же для нас праздник, для него беспокойство одно, за всем уследи, все проверь.
- Подожди, так хозяин клуба, что на дверях как швейцар стоит и все кланяется?
- Ну не знаю как у вас у людей тутошних, а раньше для всех нормально было, что домовой в доме хозяин,- почти презрительно произнес кот и даже шерсть у него на спине несколько приподнялась, как мне показалось.
Веселье набирало свои обороты, измазанные белой краской в черном парни почти потеряли свой пафос и лихо отплясывали с зелеными девушками, злобная старуха смешно выкидывая ноги танцевала со стариком, которого называла до этого «Кощеюшка». Здоровый с листьями на спине бомжеватого вида дядька плясал с черной едва одетой девушкой, костюм которой напоминал не то сетку, не то тряпку из под которого очень хорошо просвечивалось тело, Машка во всю отплясывала со своим новым другом. Всем было весело, только меня не покидало острое чувство не реальности происходящего и желания поскорее убраться.
         Через какое-то музыка смолкла и голос произнес:
- А теперь уважаемые мы должны по старой традиции проводить в путь наших путников.
Веселящаяся толпа остановилась и как-то попятилась в сторону и в середине зала остались только мы с Машкой.
- Уважаемые путники, готовы ли вы пройти путь?- раздалось сверху.
- Отвечайте, так положено,- зашептал длинноухий.
- Ну наверное готовы,- предположила я
- Готовы, готовы,- весело произнесла Машка.
-Тогда выберем костюмы для сегодняшнего пути,- удовлетворенно произнес голос.
Толпа расступилась, на широкой лавке лежали почти одинаковые широкие комбинезоны, различающиеся только цветами.
     Машка сразу кинулась к ярко красному с коричневым поясом и вставками.
« Прекрасный выбор»,- раздался знакомый голос, вам будет покровительствовать огонь и земля.
Я неуверенно взяла бирюзовый с голубым поясом и вставками. «И тоже отличный выбор»- Вам будут покровительствовать земля и воздух.
- А теперь, перед началом пути совместное фото на память,- раздался голос сверху.
Откуда-то появился старый огромный фотоаппарат на треноге мы встал и центр, остальные устроились по бокам. Не знаю зачем, но я подняла голову на зеркальный потолок. В зеркале отражались только две фигуры- моя и Машки. Мне стало не по себе. Щелкнула вспышка из фотоаппарата вылезла фотография, уже сразу в золоченой рамке, на ней опять были только я и Машка. Я даже толком не успела удивиться.
- Ну а теперь в путь,- раздался голос, - при прохождении пути до конца, по старой традиции мы обязуемся исполнить одно желание путников.
- В путь, в путь,- закричали все остальные, нас окружили плотным кольцом и мы стали спускаться вниз. Перед массивной старинной дубовой дверью все остановились.
- Каргуша, собирайся, пойдешь с ними,- властно сказал старик, которого бабка звала «Кощеюшка».
- Что опять я то.._ обиженно взвизгнул кот.
- Присмотришь там,- отрезал старик.
Кот обиженно опустил хвост и по виду было видно, что желания идти куда-то у него отсутствует напрочь.
Дверь открылась с сильным скрипом, видно ,что ее давно не открывали и большой старинный ключ повернулся с лязгом, который издает только очень старый замок.
В лапе у кота каким-то образом оказался большой фонарь на подвеске, но светил он, как мне показалось обычным электрическим светом. Кот начал спускаться по старым, сложенным еще продольной кладкой высоким  каменным ступеням, мы с Машкой неуверенно пошли за ним, дверь захлопнулась.
- Ну и куда нам, - спросила я, когда мы остались одни.
- Да тут не далеко,- неопределенно сказал кот и продолжал уверенно спускаться до узкого лабиринта.
      Делать нечего, пришлось идти.
- Кажется тут,- не очень уверенно сказал кот и начал щупать кладку огромной лапой. Часть камней отодвинулась и мы оказались на обычной станции метро. Какая это была станция я даже вспомнить не смогла и несмотря на привычные элементы, арки, мраморные колонны не подходила не для одной станции метро. Кроме того, было непривычно тихо и на всей стации стояли только мы втроем- я, кот и Машка.
Раздался характерный гул и на платформу въехал обычный поезд, только не такой как нынешние, а как на старых фотографиях красный, старинный я едва разглядела машиниста, одетого в такую же форму, которую носили машинисты первого еще довоенного метро. Двери открылись. Я по инерции уже хотела войти в вагон, но кот сильно оттолкнул меня лапой и уверенно направился в соседний вагон, мы последовали за ним, но и в это вагон в последнюю минуту он заходить не стал и пошел к следующему вагону, аккуратно заглянув в него он внимательно осмотрел его и даже смешно повел зачем-то носом.
- Да, сюда можно,- уверенно сказал он. Мы зашли в ничем не отличающийся от остальных пустой вагон и устроились на больших сидениях, отделенных от дверей большими кожаными вставками.
- Ну и почему мы сели в этот вагон?-  полюбопытствовала я.
- Стыдно жить в городе и не знать его основной истории,- менторским тоном учителя заметило гнусное животное.
- И какую же историю?- поинтересовалась Машка.
- Ты что, не знаешь историю поезда – призрака?- изумился кот.
- Нет простодушно отозвалась моя подруга.
- Ну слушай,- важно ответил кот положа лапу на лапу, совсем как человек, кладущий ногу на  ногу,- появляется поезд только один раз в месяц точно после полуночи, останавливается на каждой станции. Однако двери открываются далеко не всегда. Садиться в него крайне не рекомендуется. Кто сел в такой поезд исчезают бесследно.
- Почему?
- Да потому, что ездят в нем только души умерших и погибших при строительстве метро,- небрежно ответил кот.
- А мы зачем сели? – недоумевала я.
- Ну это часть сегодняшнего пути,- ответил кот.
- Так нет никого,- оглядываясь прошептала Машка, похоже находиться в поезде ей явно не хотелось.
- Подожди, еще же не поехали,- логично заметил кот.
Двери вагона закрылись. Поезд с грохотом полетел в тоннель, свет выключился.
В соседних вагонах загорелось легкое, голубовато-неоновое сияние. Вагоны оказались набиты людьми в старых касках и спецовках, только присмотревшись было видно, что каски спецовки и все остальное..было на скелетах, они смотрели ужасными, пустыми глазницами, держались за поручни костлявыми руками.
- Все, теперь молчим и не шевелимся,- сказал кот и быстро залез на сидение, поджав под себя все лапы, уже совсем по-кошачьи,- может не заметят,- отметил он, но не совсем уверенно.
- А заметят, что будет? – спросила я совсем не веря в происходящее.
- Лучше тебе не знать,- пискнул гаденыш и прикрыл глаза, как будто прячась от происходящего.
- Ой мамочка,-  вдруг на весь вагон закричала Машка и вскочив побежала в другую сторону вагона.
- Куда, - только успел крикнуть кот, но Машка стояла прижавшись к противоположной двери между вагонами и истошно визжала.
- Живая, живая, -  вдруг раздался гул и десятки пар пустых глазниц уставились на орущую Машку.
   Стекло межвагонной  двери  соседнего вагона начало трещать и рассыпаться от ударов не известно откуда взявшихся топоров, ломов и прочих тяжелых вещей, краем глаза я увидела даже шахтерский отбойный молоток, естественно стекло при таком напоре не продержалось. С неиссякаемой энергией скелеты начали крушить стеклянную межвагонную дверь нашего вазона, мелкие стекла уже почти долетали до нас и обсыпали мелким не приятным градом.
- Черт,- закричал кот лихо спрыгивая с сидения и как настоящий мужчина попытавшийся укрыться за мной.
Мы с Машкой уже бежали на противоположный конец вагона, как будто бы это могло спасти нас. Кот пытался забежать вперед, визжали уже в полный голос все втроем…
В соседнем вагоне тоже возникло оживление и такие же голоса: «Живые,живые…». Потом его обитатели также начали крушить стекла, но уже с другой стороны, вокруг было темно, поезд несся в тоннеле без какой-либо надежды на прибытие к станции, первые скелеты уже начали перелезать в наш вагон, дело принимало скверный оборот..
Не придумав ничего лучшего я упала на пол, как раз на лежащего на полу кота, Машка грохнулась на меня. На этот раз поганец даже не мяукнул предпочитая молча лежать под двойной защитой.
Послышался грохот ног, спрыгивающих в наш вагон и чей-то голос: «Они тут, ищите тепло, должно быть тепло…».
Мы лежали боясь пошевелиться и даже вздохнуть, но увы, конец в нашей ситуации был видимо предрешен…
         - Не бойтесь, старайтесь  ни о чем не думать и не шевелиться,- вдруг раздалось у меня в голове.
        - Кто это?- спросила я мысленно не открывая глаз и не шевелясь.
        - Я один из них, я закрываю вас, они пока не могут почувствовать вас,- пронеслось у меня  в голове,- я не испытываю ненависти к живым и не хочу высасывать их силы, я погиб тут, в метро на стройке, при обвале умер замурованный в стене от жажды, пить, как я хочу пить,- выдохнуло существо.
- Залезь в карман,- пискнул подо мной кот.
- И что я найду там,- прошептала я.
- Пока не знаю,- также шепотом отозвался кот,- но ты одела костюм воды и воздуха, попробуй.
Я залезла в карман, который не казался мне сначала таким уж большим и с удивлением обнаружила в нем бутылку воды, стараясь делать как можно меньше движений я протянула ее в сторону говорившего.
-  Вода, вода,-  обрадовался он и я услышала тихий плеск выливаемой жидкости.
- Возьми, может тебе пригодится,- раздался также в мозгу голос,- долго я их сдерживать не смогу, но хоть кая-то защита и я ощутила в руке что-то гладкое, железное и холодное боясь пошевелиться лишний раз, я попыталась перехватить маленький ломик, но он упал и звякнул об пол.
«Вот они, мы нашли их!!!!»,- раздались со всех сторон крики.
Дело близилось к финалу и бояться уже собственно было нечего отшвырнув спиной так и лежащую на мне Машку и пнув развалившегося кота я схватила ломик и сделала шаг вперед. Картина была страшная, казалось десятки пустых глазниц уставились на меня, руки сжимали лопаты, ломы, кирки и другой инструмент и все это двинулось на меня в едином порыве.
И тут  поезд выскочил на освещенную станцию. Картина сильно поменялась в середине вагона у дверей лежала закрыв голову руками Машка, изрядно потрепанный Каргуша одной лапой держась за поручень почти висел на нем и я с ломом в одной руке.
- Выходим, - взвизгнул кот как только двери открылись и не сговариваясь мы выбежали из вагона, стряхивая с себя остатки стекла.
- Почему ты поганец не предупредил нас, что это смертельно опасно? – крикнула я коту.
- Тогда бы вы могли отказаться от пути,- резонно ответил кот.
- Хватит, пошли домой, закончили этот глупый квест,- со злостью рявкнула я.
- Это уже не возможно,- пожал плечами кот, - выход только один, пройти путь, иного выхода уже нет, если повезет конечно.
- А если не повезет?- робко спросила Машка
- Ну пока же везет,- спокойно ответило животное,- а потом что волноваться-то, ну переместитесь в другой мир, будете в нем существовать, другие существуют и ничего.
- Существовать как эти, которых мы только что видели?- поинтересовалась я.
- Ну а что тут такого,- недоумевал кот,- у каждого своя судьба после выхода из физического тела, но как они вы уже не будете, этот этап вы прошли.
- И сколько их будет?
- Никто не знает заранее какой путь будет в этот раз, а то не интересно.
-Кому не интересно?
- Ну нашим всем, кого вы видели, они болеют сейчас, делают ставки.
- И были ситуации, когда путь не проходили?
- Конечно, вообще не часто путь проходят  до конца, последний раз в Париже..лет пятнадцать назад  или двадцать,- задумчиво протянул кот,- а вы думаете  наши исполнением желания часто разбрасываются, это только тем, кто прошел путь.
- И что мы как подопытные крысы будем бегать по смертельно опасному лабиринту?
- Ну типа того,- спокойно ответила эта черная дрянь. Зато эта самая интересная часть праздника. Вы почти гладиаторы гордитесь!
Мне реально захотелось просто убить этот черный наглый комок шерсти, благо ломик остался у меня в руках.
- А вот бить меня не советую,- словно угадав мое желание произнес кот, - если со мной у вас хоть какой-то шанс, без меня ваши шансы стремятся к нолю.
Перспективка была та еще, но делать было нечего, собственно выбирать мне не приходилось уже, думать надо было раньше.
- Ну и куда нам дальше,- без всякого энтузиазма спросила я.
- Ну тут все просто,- ответил кот,- где-то должна быть дверь, как найдем нам в нее, а там,  по обстоятельствам.
Незаметная ручка двери нашлась за мраморной колонной прямо на стене, кот уверенно дернул ее на себя и дверь открылась. Прямо перед нами был тоннель, уложенный простой каменной кладкой.
- Прошу Вас дамы,- галантно произнес кот, сам не двигаясь с места.
- А ты? – спросила Машка.
- Я строго соблюдаю правила,- с пафосом ответил кот, гордо взяв хвост одной лапой и вертя им как щеголь тросточкой, - первые идут путники.
- Просто ты трус,- презрительно ответила я проходя в тоннель, Машка пошла следом за мной.
- Совсем я не трус, раздалось вслед, но осторожность никому не помешает, -раздался обиженный голос кота.
Дверь захлопнулась и мы оказались в кромешной тьме, фонаря у кота уже почему-то не было.
- Ну и как мы пойдем?- спросила Машка,- не видно же ничего.
- Пока иди прямо,- ответил кот, нет света ,надо слушать, - узнаю кремлевские подземелья, они довольно надежные, обвалиться или обломиться ничего не должно, если крысы только, но я все же кот,- ответил Каргуша.
Мы пошли прямо в полной темноте, не зная куда и зачем.
Через какое-то время то ли эхо, то ли уже галлюцинации в голове..но послышался какой-то звук, вроде человек, шептал что-то или плакал. Мы шли рядом, звук приближался.
- Книги, мои книги, где мои книжечки?,- услышали мы то ли стон, то ли всхлипывание.
- Да, свет нужен,-  заметил кот.
- Эй ты,- в красном костюме,- посмотри что в карманах есть?
- Меня между прочим Маша зовут,- обиженно отозвалась моя подруга.
- Ну Маша, так Маша с раздражением бросил кот и всем видом дал понять,- что эта информация его не волнует совершенно.
Машка залезла в карман, который до этого казался абсолютно пустым и радостно крикнула: «Фонарик».
- Ну так доставай и свети,- бросил кот и раздражения в его голосе не убавилось, и мне показалось, что появилось даже презрение.
- А почему ты сразу мерзавец не сказал про фонарик,- спросила я.
- Вещи на пути не появляются сами собой,- важно заметил кот, а приходят только тогда, когда нужны, вот все, что связанно с водой и воздухом придет к тебе, все, что с огнем и землей к ней, но только в свое время.
- А как узнать, какое время свое?
- Они сами придут, не бойся.
Яркий после темноты почти ослепительный луч света пронзил тоннель. На встречу нам двигался худощавый старик с короткой острой бородкой, большим крючковатым носом и впалыми острыми злыми глазами, одна рука его, вся унизанная перстнями, опиралась на большой, старинный посох, одет он был в шубу и отороченную мехом шапку.
- Книги, мои книги, как я найду Вас, где же вы? – причитал старик.
- Кто Вы и какие книги ищите и почему под землей,- поинтересовалась я, хотя внешний вид старика и его стремление найти книги уже делали ответ очевидным.
- Царь я,, Великий государь, Божиею милостью царь и великий князь всея Руси, Владимирский, Московский, Новгородский, Псковский, Рязанский, Тверской, Югорский, Пермский, Вятцкий, Болгарский и иных, царь Казанский, царь Астраханский, царь Сибирский и всея Северныя страны повелитель –Иоан Васильевич, а вы кто будете, судя по платью чудному не наши, может демоны ? – спросил старик, впрочем в голосе его не было страха.
- Путники мы,- ответила я коротко, кот благоразумно промолчал и даже встал на четыре лапы, как и положено обычному, хотя и крупному коту.
- Библиотека тут у меня  запрятана,  захоронена, заклятье на нее мной наложено, знаки тут у меня в подземелье один я про то знаю.
- Тоже мне секрет Полишенеля,- хихикнула Машка, кто же не знает библиотеку Ивана Грозного.
- Что ведаешь про библиотеку мою?- оживился старик.
- Легендарное собрание книг и документов, последним владельцем которого предположительно был царь Иван IV Грозный. Считается, что она была утрачена или спрятана Грозным. Поиски библиотеки с перерывами безрезультатно велись несколько столетий. Сундуки с книгами где-то существуют, засыпанные землёй или невредимые,- с готовность откликнулась Машка.
- То верно, - удовлетворенно заметил Царь, -только книги там есть еще и древние, магические, как стихии повернуть, как превращения делать, как власть и могущество приобрести и сохранить их, да как бессметрие сохранить, да как из мертвых восстать.
- Ерунда это все, - презрительно бросила Машка.
- А ты вот помоги мне отыскать ее и увидишь, знаки мне свои видеть надо, да никак без света не получается, а не заходит никто сюда, вот хожу ищу, пятьсот лет уже..да больше.
- Зачем Вам свет, вы же дух, - поинтересовалась я.
- Так то да, да знаки я хитрые ставил, заговоренные, их без света даже дух не найдет, ну пойдем тихонько, да свети по стенам не спеша, смотреть буду,- властно сказал старик.
Машка начла светить по стенам, мы медленно двинулись вперед. Луч выхватывал совершенно одинаковые сложенные камни, ничего интересного в них не было. Идти мне порядком надоело и сделалось даже скучно, если это слово можно применить к данной ситуации.
- Вот оно, началось,- вдруг внезапно крикнул старик взглянув на какую-то обычную ничем не примечательную выщербленку,- во отсюда пойдем,- добавил он и напрягся как гончая на охоте.
Машка светила по стене, мы тихонько двигались вперед, старик уже радостно бормотал: «Книжечки, мои книжечки, сейчас я найду вас…».
Остановились мы сразу за резким поворотом и он начал водить рукой по такой же как везде кладке.
- Вот тут, уверенно сказал он.
- Ну и что дальше, войдем-то мы как туда, поинтересовалась я.
- Тут кладка особая, камень нужно знать, заговоренный, да железкой его подцепить,- задумчиво произнес старик. Вдруг осмотрелся и ошарашенно отметил:
- Только посох то мой деревянный, а тут железо нужно.
- Держите,- протянула я ему, чудом не выброшенный ломик.
Старик схватил его, забыв даже поблагодарить, пошарил рукой по кладке и не успели мы охнуть, как град камней посыпался из стены. Мы только успели отпрыгнуть под визг кота: «Моя лапа…».
Внутри находилась небольшая комната со старым прямоугольным невысоким столом и небольшой лавкой, все остальное пространство занимали большие, кованные сундуки. Этим же ломиком старик сбил огромные замки и открывая их приговаривал, уже набившую оскомину фразу: «Книжечки, мои книжечки..».
Потом из сундуков полетели на пол длинные меховые шубы, какие-то кубки, кинжалы, сабли и показались старые кожаные обложки огромных книг. Старик доставал их по одной, смахивал пыль, прямо меховым рукавом.
- Это и есть Ваша знаменитая библиотека?- с любопытством спросила Машка.
- Она самая и есть,-  с гордостью отозвался старик,- жалую вам царский перстень, - важно произнес он стаскивая с пальца и протягивая Машке совершенно неинтересное большое, массивное кольцо с плохо обработанным красным камнем.
- Спасибо Ваше величество,- отозвалась Машка аккуратно убирая перстень в карман своего попугайского комбинезона.
- А теперь оставайтесь тут, - будете добро мое сторожить еще триста лет, - внезапно сказал царь.
- С чего это? – спросила я.
- Так библиотеку вы видели, место теперь знаете, вы что же думаете отпущу я теперь вас?- простодушно произнес царь.
- Такого уговора не было, мы библиотеку вашу нашли, так мы пошли…,- попытался улизнуть кот.
Царь внезапно как молодой, схватил огромную саблю и попытался броситься на нас. Мы кинулись врассыпную.
- Все равно не выпущу,- визжал он, тайну знаете, себе заберете, других приведете, - закричал он и глаза его стали безумными.
Машка подпрыгнула и нырнула в проем, пока безумный старик пытался ударить ее саблей в этот же проем с разбегу выпрыгнула я…
- Песок из кармана кидай,- откуда то сбоку раздался крик кота. Я полезла в карман, но никакого песка там не было.. Машка полезла в свой и кинула маленькую горсточку, потом  еще одну, как это могло спасти, я не понимала, но вдруг горсть начала расти и увеличиваться, пока не заслонила собой весь проход с карабкающимся в нем стариком..
- Бежим быстро крикнул кот и опрометью бросился в сторону, Дважды повторять нам не пришлось, мы со всей мочи бросились за ним.
- Воды полей, песка надолго не хватит,- задыхаясь на ходу бросил кот.
- Да где я возьму-то ее тебе? – прокричала я набегу, старясь не отстать от кота.
- В кармане дура, - прокричал кот.
На дуру я даже обидеться не успела и сунув руку в карман достала бутылку, отвернув на ходу крышку я выплеснула ее содержание прямо на пол, инструкцию по пользованию просить было некогда.
Оглянувшись я увидела сзади огромный, все наполняющийся ручей, который лихо журча понесся в сторону откуда  мы бежали. На весь тоннель раздался истошный и отчаянный вой: «Книжечки, мои книжечки».
Забежав за угол кот остановился.
- Ну все, дальше ему хода нет, сказал он тяжело дыша.
- А нам,- пискнула Машка.
- А нам дальше и вперед, наш путь еще не кончен, - отозвался кот.
Сколько мы прошли по тоннелю не знаю. Шли молча, каждый переваривал недавнее приключение…
«А вот и наша дверь»- вдруг сказал Коргуша, выведя всех из задумчивости.
Перед нами была обычная дубовая массивная и старинная дверь с железным кольцом. Я поймала себя на мысли, что уже любая старинная дверь за этот вечер стала для меня обычной, привыкла я к ним что-ли…
Толкнув дверь мы увидели крутую лестницу на верх. Другого пути не было и мы начали подниматься.
Лестница извивалась змеей, причудливыми оборотами, то становясь почти пологой, то отвесной и на какой этаж мы поднялись понять уже не было возможности. Закончилась она внезапно небольшим изгибом и мы оказались в узком коридоре с полукруглым сводчатым потолком. Пройдя немного по коридору мы увидели другую дверь, как-бы запрятанную в стене и намного меньше первой на столько низкой, что при входе в нее пришлось нагнуться даже коту, не говоря уже, что нам с Машкой пришлось прямо вползти в нее..
Мы оказались в небольшом помещении, очень напоминающим монашескую келью с небольшой, грубо сделанной кроватью, маленькой лавкой около нее и чем-то похожим на среднее между столом и этажеркой. Такой предмет мебели я видела первый раз.
В углу висела икона над ней горела лампадка, на подобии стола стояла одинокая свечка, дававшая тусклый свет, более в комнате не было ничего.
На лавке сидела женщина совершенно неопределенного возраста в монашенском одеянии, локти ее стояли на столе, ладонями она поддерживала голову, из глаз ее катились слезы, весь вид ее выражал скорбь.
«Сыночек мой, бедный сыночек, зачем приходишь и мучаешь меня»- причитала она.
Машка деликатно кашлянула. Женщина подняла голову, но даже кажется не удивилась.
- Извините, не подскажете ли Вы где мы? – спросила я, понимая весь идиетизм и всю неуместность своего вопроса.
- Монастырь это девонька, Богородице-Рожденственский монастырь.
- А Вы кто?.
- Монахиня я здешняя- София, ныне так, а по настоящему Великая княгиня я Соломония, князя Московского Василия жена,- ответила монахиня как-то отрешенно, в словах ее не было боли, отчаяния, а была какая-то умиротворенность и смирение…- да что это ты все «ВЫ» говоришь, одна я тут, только сестры еду приносят, да стража проверять ходит.
- А про какого сыночка Вы говорите, не было ведь детей-то у Вас, из-за этого Великий князь и постриг Вас насильно,- поинтересовалась я.
- Постриг-то постриг,- согласилась монахиня, да тяжелая я уже была, вот и родила сыночка тут..Георгием нарекла, да забрали у меня сыночка-то да убили изверги…
- А ходят легенды, что разбойник Кудеяр это и есть князь Георгий, сын ваш.
- Кабы было так,- грустно вздохнула княгиня,- убили сыночка моего тут и убили в монастыре, а он родимый ходит за мной теперь, игрушечку просит поиграть да плачет..а  какую игрушку я дать ему могу, нет у меня ничего,- и слезы опять полились у нее из глаз.
- А что же князь Василий и не знал о рождении сына? – спросила я
- Да знал конечно, только как спутался со змеей этой Еленой Глинской, так ни про меня, ни про моего сыночка и слышать больше не захотел..
- Ну да, помню, Псковскую летопись:   «Лето 7031 Князь великии Василеи Иоанович постриже княгиню свою Соломонею, а Елену взят за собя. А все то за наше согрешение, яко же написалъ апостолъ: пустя жену свою, а оженится иною, прелюбы творит».
- Вот, вот, грустно заметила  княгиня,- а еще Патриарх Иерусалимский предсказал ему: «Если женишься вторично, то будешь иметь злое чадо: царство твое наполнится ужасом и печалью, кровь польется рекою, падут главы вельмож, грады запылают».
Нам стало неуютно, слишком свежи еще были воспоминая о «злом чаде», которое нас чуть не оставило навсегда в кремлевских подвалах..
- Знаете что, - вдруг сказала Машка,- ничего у нас больше нет, вот, возьмите это, - и протянуло Соломонии перстень, подаренный Иваном Грозным.
-Ой спасибо,- обрадовалась монахиня, теперь сыночек мой играть будет и не будет плакать,- возьми и ты,- сказала она и протянула Машке что-то из льняной ткани.
- Что это? – спросила я.
- Рубашечку я сыночку своему сшила, да не пригодилась она,- по щекам монахини опять полились слезы,- вы молодые еще, детки родятся им оденете, - сыночка моего вспомните…
Рубашка была вовсе не нужна нам, но видимо для Соломонии это было важно и не взять могло значить обидеть ее.
- Спасибо, сказала я, убирая рубашечку в карман.
- Пора вам,- вдруг тревожно сказала княгиня, сейчас стража меня смотреть придет, не ровен час увидят вас, тогда пощады не жди.
Мы попрощались и уже выходя за дверь услышали топот сапог и лязг оружия.
- Люди у княгини раздался крик,- держи их.
- Это за нами,- очень к месту заметил кот,- бежим. Как будто без этого паразита мы не понимали, что нужно делать.
Мы опрометью кинулись к лестнице вниз и буквально ссыпались по ней, наверное раз в десять быстрее, чем занял путь наверх, наш смелый кот бежал впереди всех ничуть не церемонясь и отталкивая нас, если мы равнялись с ним и пытались забежать вперед. Помощник из него был еще тот…
Вбежав в знакомую дверь мы едва успели захлопнуть ее и все втроем прижаться к ней, все же дубовые двери имеют свои преимущества.
- Лезь в карман, курица тупоговолая смотри что там у тебя, -закричал на Машку кот. Он определенно начинал хамить. Но было не до этого…Машка влезла в карман и достала всего лишь несколько мелких камушков..
- Отходим, кидай назад, - крикнул кот.
Мы отпрыгнули от двери, Машка кинула через плечо камни и они начали быстро расти до больших валунов, плотно закрывших дверь.
- Ну и куда теперь? – задала вопрос Машка.
- Навязались на мою голову овцы глупые,- пробормотал кот.
Мои нервы не выдержали, я схватила поганца за ухо и сильно повернула его.
- Еще одно слово, задушу, своими руками, - произнесла я очень убедительно.
- Ладно, ладно не буду больше, - взвыла эта мохнатая тварь, - ухо только отпусти.
-Долго нам еще шляться тут по подземельям? – с отчаянием спросила я
- А ты думаешь мне нравится?- зло спросил кот,- скорее бы уже конец.. ну или вас бы уже кто убил, или путь закончился, а я бы праздник догулял в Постойном доме, в тепле, спокойствии и о приключениях всем бы рассказывал…
- Ах ты тварь, так тебе все равно убьют нас или нет? – изумленно ответила я.
- Конечно, искренне заметил кот,- только чем дальше я Вас заведу тем интереснее потом вспоминать будет.
Да … спутник наш явно не отличался добросердечностью..
- Веди давай, зло,- процедила я.
- Ну пойдем, - сказал кот и в тоне его было что-то примирительное.
До следующей двери шли довольно долго, минуя повороты, разветвления, замурованные участки, завалы и если бы не кот..наверное дорогу бы не нашли, но кот шел очень уверенно, не путался в поворотах и безошибочно находя нужную дорогу там, где лабиринт не только раздваивался, но и растраивалася и мне казалось он знал весь путь, только лукавил.
- А как ваши наблюдают за нами?- спросила Машка кота.
- В режиме он лайн,- бросил кот небрежно.
- А что, тут везде камеры стоят?
- Нам не нужно камер, мы видим все, что хотим.
- А как это.
- Много будешь знать, скоро состаришься, да и не объясню я тебе это, а вот кажется и наша дверь.
На этот раз дверь была не старинная, а совсем обычная, современная, как на лестницу в офисных помещениях. Открыв ее мы оказались прямо на набережной Москва- реки.
- Ну дела, -пробормотал кот,- такого поворота даже я не ожидал.
Из его слов я не поняла плохо это или хорошо..
Около причала стояла привязанной обычная лодка, около нее плавала полуобнаженная девушка с длинными волосами и красивой полной грудью.
- Каргуша ты! – обрадовалась она коту,- сегодня ты путников ведешь, надо же..до нас дошли, а я не ждала уже, думала уже уплывать..
- А мы вот дошли,- без всякого удовольствия отозвался кот,- не люблю я лодки ваши, воду, вообще меня укачивает.
- Так мы впятером повезем..оглянуться не успеешь на месте будешь,- ничуть не обижаясь ответила русалка.
Кот прыгнул в лодку, мы следом, около нас плеснусь еще несколько хвостов и пять девушек, взяв лодку за борта повезли нас с почти крейсерской скоростью.
Меня разобрало любопытство и я спросила у девушек вокруг.
- А вот скажите, русалка это рыба или женщина?
- Это смотря какой голод тебя мучает,- весело рассмеялись красавицы.
- А сегодня вроде праздник у вас, а Вас работать заставляют не обидно?
- Нет конечно, отозвалась одна, нас все видят, мы путников везем, это все равно, что у вас телевизор, нас теперь все знать будут,- мечтательно произнесла одна из них.
- А вы точно настоящие или просто артистки переодетые?- вдруг спросила Машка.
Девушки дружно рассмеялись и одна сказала: «Какие же вы люди странные, ну своими глазами видите и не верите.. Хотите анекдот расскажу, как раз в тему праздника.
- Ну давай, отозвалась Машка.
- Для маскарада на Хэллоуин девушка в магазине выбирает костюм.  — А костюм русалки сколько стоит?  — 7 тысяч.  — Дорого! А костюм летучей мыши?  — 5 тысяч.  — Тоже дорого, а вот этот костюм Бабы Яги?  — Девушка, это зеркало.
     Русалки засмеялись громким заливистым смехом, лодка начала раскачиваться к большому неудовольствию кота.
- Тише вы коровы, утопите еще,- закричал кот.
- Небось не утонешь,- продолжали веселиться русалки,- такие же ка ты не тонут.
- Какие? – обиженно протянул кот.
- Бессмертные,- смеясь откликнулась одна из русалок.
Ну вот и прибыли,- сказал кот, когда лодка причалила с небольшому и не очень заметному причалу. По смутным очертаниям я догадалась, что это Коломенское.
Сойдя  с лодки мы пошли по маршруту, который мне сразу не понравился.. Путь наш лежал к Волосовому оврагу, жуткое место в обычное то время, а уж в такую ночь…Считается, что овраг как бы рассекает естественное магнитное поле Земли. По дну оврага течет ручей, образованный многочисленными родниками бьющими из под холма.. На склоне и на дне Волосова оврага находятся два огромных камня. Один пупырчатый, лежащий на склоне оврага называется Девий, а другой в низине — именуется Конь камень. Вес каждого — около пяти тонн. Лежат они большей частью  в земле. На поверхность выходят небольшие вершины.  Говорят,  что это останки змея (Змей, Ящер — один из символов бога Велеса), с которым бился Георгий Победоносец.
Когда мы начали спускаться к оврагу, над нами начался сгущаться туман, мне сразу вспомнилось, что по рассказам именно во время тумана в овраге как бы открывается временной портал и люди либо бесследно исчезают, либо появляются внезапно из другого времени.
Вспомнилась сразу история, описанная в газете  “Московские Ведомости” от 9 июля 1832 г., про то, как двое крестьян вошли в овраг, проели там пять минут, а когда вышли, оказалось, что прошло 20 лет..
Только мы спустились в овраг, как нас окружили неизвестно откуда взявшиеся всадники на лошадях с саблями и пиками, гремя оружием, они окружили нас плотным кольцом, Судя по разрезу глаз войны были татарские.
- Кто вы и куда идете? – спросил один из них.
- Мы путники,- идем в деревню Новиково,- быстро ответила я, лихорадочно вспоминая, какие же деревни тут в округе были раньше.
- А вы кто такие?- спросила я.
- Мы воины Девлет-Гирея, идем на Москву,- отозвался он.
- Чудно одеты девки,- заметил один из воинов.
- Отбились мы,- заметил третий, - чего говорить, берем девок с собой, да  пора  хана догонять, подарок будет.
Остальные воины встретили это предложение дружным радостным гулом, похоже идея понравилась всем кроме нас.
  - Как это берем? – не выдержал кот, они со мной, их нельзя брать.
Храбрые войны Девлет Гирея сначала замолчали, а потом дружно закричали: «Нечесть, нечесть»,-  и достали сабли с прямым намерением порубить нас в капусту.
На этот раз похоже было все, способа бежать не было, мы находились внутри кольца.
- Смотрите,- вдруг крикнул один из них показывая саблей на ступеньки. По ступенькам спускались три огромных волосатых существа. Про нас временно забыли. По знаку старшего все ринулись на них с обнаженными саблями, мы не сговариваясь нырнули в спасительную густоту тумана и побежали со всех ног, туман плотнел и сгущался. Пробежав недолго в плотном тумане я увидела знакомые очертания Девьего камня.
Почти обессиленные,  мы сели на камень, мы с Машкой на краешек, а кот залез целиком.
- Ну и что дальше? – спросила я кота.
- Не знаю,- признался  кот,- устал я с  вами глупыми гусынями бегать, подумать мне надо.
- Я домой хочу, - вдруг сказала Машка.
- Если бы не ты, сидели бы мы дома, пили чай..,- зло заметила я.
- Что-то ничего в голову не приходит,- озадаченно произнес кот.
-Слушай, - вдруг пришла мне в голову мысль, - пусть камень нам подскажет, что делать дальше.
- Как это? – в один голос спросили и Машка и кот.
- Ему нужно только подарить что-то и он иногда помогает, я читала….
- У нас нет ничего,- отчаянию Машки не было предела.
- Рубашечка, у нас осталась рубашечка, которую Соломония подарила, помнишь? А камень девичий, сюда и девушки ходят, чтобы замуж выйти и женщины бесплодные, чтобы забеременеть.
- Давай попробуем,- согласилась Машка.
Я расправила рубашечку и аккуратно разложила ее на камень и..ничего не произошло.
- Не так тут что-то, - озадаченно произнес кот, - не вижу я пути дальше и знаков нет, может вас раньше прибить должны были?- предположил он.
- Ты бы конечно был бы рад, но до оврага-то мы дошли ,- логично возразила я, - значит были знаки.
- Тоже верно.- согласился кот.
- Как я хочу оказаться дома, просто пить чай и никаких приключений, - искренне и мечтательно произнесла Машка.
- А я хочу, чтобы ты наконец угомонилась и прекратила лазить по вечеринкам, тусовкам, клубам чтобы мы гуляли вдвоем, читали книги, смотрели кино и тебя никуда не тянуло.
Я обняла ее, она прижалась ко мне..Туман сгустился уже до такой степени, что не видно руки.., почему-то начал приобретать зеленый свет, потом синий, потом все закрутилось…
И я услышала знакомые два коротких и один длинный звонок. Я открыла глаза, оказалось, что я лежу на своей кровати и судя по сигналу пришла Машка.
Я пошла открывать дверь, Машка стояла за порогом, какая-то спокойная и даже несколько потерянная.
«Ну заходи», - пригласила я. Она зашла, аккуратно сняла куртку и повесила ее в шкаф, потом также аккуратно поставила кроссовки.
- Ну так что, мы идем в клуб на Хэллоуин? – спросила Машка.
- Тебе хочется?- в ответ спросила я.
- Если честно, совсем  нет, - ответила подруга, - давай проведем  вечер дома, попьем чаю и просто побудем вдвоем, надоели клубы, гулянки, хочется с тобой и спокойно.
- Маш, да что с тобой?
- Знаешь, ехала к тебе, в метро уснула, снилось мне про леших, кикимор, кота, царя, русалок в общем ерунда всякая…Поняла, что не хочу никакого веселья, хочу быть дома и с тобой.
Я ласково поцеловала ее в щеку.
- А знала бы ты как я этого хочу!

http://s3.uploads.ru/fvQ0d.png

+17

7

http://s9.uploads.ru/t/9uIhA.png

Шаг
Джульетта работала в кинотеатре уже больше двух лет. Практически, безошибочно могла определить, кто на какой фильм пришел. Были и постоянные посетители, которые приходили на определенные фильмы. Среди таких была одна девушка. Она всегда приходила в одиночестве. Брала большое ведро сырного попкорна и смотрела ужастики. Всегда приходя на первый показ, в любую погоду: снег, ливень, аномальная жара ей были не помеха.
Джульетта, каждый раз видя, что скоро выходит очередной фильм ужасов, несказанно радовалась. Ее друзья часто подшучивали над такой молчаливой симпатией. Правда, Джульетта не предприняла ни одной попытки знакомства. За два года она узнала только имя девушки – Катрин.
До Хэллоуина и премьеры нового ужастика оставалась пара недель. Очень много раз в голове Джульетта проигрывала сценарий приглашения на свидание. Дело совсем не в том, что она была закомплексованной девушкой, нет, чаще всего ей легко давались новые знакомства и общение с людьми. Но тут все было иначе.  Иногда Катрин ей подмигивала, что ставило еще в больший тупик Джульетту.  Но в этот раз она для себя решила набраться мужества и пригласить девушку на свидание. Ей надоело подтрунивание друзей, они даже прозвали Катрин криптонитом.
Насупил час икс. Джульетта облачилась в белые одежды, подстриглась и даже нанесла легкий макияж. Внутри все бурлило. Ровно в шесть часов открылись двери лифта, из него показалась рыжая кудрявая голова, это была Катрин. На ней была кожаная куртка, бирюзовый шарф и такого же цвета джинсы. Голубые глаза сразу нацелились на Джульетту. Она вежливо поздоровалась, как всегда, взяв билет на шестое место тринадцатого ряда и захватив ведро попкорна, подмигнула и пошла в зал.
У Джульетты все было готово. Катрин нашла свое место в зале и села. Ее совсем не удивило отсутствие других любителей столь специфического жанра.  Свет погас. На экране один за другим начались ролики, которые  навевали скуку, мелодрамы, мультфильмы. Начался новый трейлер, зазвучала музыка Баха. На экране появилась надпись "Тридцать первое октября,  Хэллоуин. В 21-00". Затем картинка сменилась, и на экране появился старинный деревянный дом, который Катрин знала. Она ходила мимо него на работу, все называли его домом с привидениями. Дальше картинка снова сменилась и появилась очередная надпись, написанная как-будто кровью – "Свидание в доме с привидениями, согласны?".
Дальше все погрузилось во мрак, и начался фильм, на который пришла Катрин. Из ее головы никак не выходил последний трейлер. Что все это значило? Это была чья-то злая шутка, или приглашение на свидание? В своих терзаниях Катрин не заметила, как закончился фильм. Она очнулась, только когда включился свет в зале. Оглядевшись по сторонам и не увидев людей, пошла к выходу. У двери на полу лежал белый конверт и белая роза, прекрасный аромат которой слышался на значительном расстоянии. Катрин подняла их. В конверт была вложена карточка, на которой аккуратным и ровным почерком было выведено "Завтра в 21-00 жду Вас в доме с привидениями".
Катрин не помнила, как пришла домой, сходила в душ и легла спать. Утром, идя на работу и проходя мимо того самого дома, она увидела тень в окне. Ей показалось это странным, потому что в доме уже лет двадцать никто не жил. На работе она тоже не могла сосредоточиться:  из головы не выходили события вечера  и утра.
В это время Джульетта пыталась привести в порядок хоть часть дома с привидениями. Не было уверенности, что Катрин придет, но подготовиться стоило. Днем, дома, она собиралась приготовить еду и вернуться, чтобы успеть накрыть стол. Вечером, без пятнадцати девять, Джульетта зажгла свечи. В это время, проходя с работы домой, Катрин увидела свет в доме с привидениями и остановилась в нерешительности, взвешивая все "за" и "против". Не зная, что ее ждет за дверью дома, внушающего ужас всей округе. Дом был из досок, местами просматривалась когда-то голубая краска. Кое-где не хватало стекл. В крыше зияла дыра. Пара детских считалок решили её судьбу. Катрин прошла по заросшей тропинке и постучала в дверь. Легкий скрип и дверь распахнулась. В лицо ударил странный запах; сырости и старости  вперемешку с едой.

http://s3.uploads.ru/dqgAO.png

+11

8

http://sh.uploads.ru/t/O5g9h.png

Проснувшись в холодном поту виктория не поняла где находиться. Было очень тесно но в тоже время удобно. Виктория вспомнила что ее звали на Хэллоуин друзья, но покидать яйцами в прохожих, показалось ей ребячеством. Запах сырости и нафталина насторожил девушку. Было очень тихо. Виктория начала руками ощупывать все вокруг, у нее создалось впечатление , что она находиться в коробке. Одна мысль  ударила ее как обухом по голове. Она судорожно начала вспоминать последние часы, которые помнила.  Вот она пьет пиво с друзьями и смеяться над идеей пугать людей. Они ей принесли костюм, который она даже отказалась примерять, единственная цель данного поступка была увидеть Викторию в юбки. Все что она вспомнила.  Попытавшись согнуть ногу , Виктория услышала характерный хруст, но боли не последовало, места не хватало, чтобы сесть и проверить ногу. Пощупав карманы, телефона не нашлось, а он точно был. До ее слуха начали доноситься завывания, истеричный смех перерастающий в крик. От которого начинают трястись поджилки. Виктория начала барабанить по крышке. Послышался глухой звук. А следом многоголосый смех. Открылась крышка и в лицо ударил яркий свет, привыкнув немного к свету, Виктория увидела лица друзей. Она находилась на своей киностудии, и все, что произошло, было розыгрышем в Хэллоуин.

http://s7.uploads.ru/Kiuqm.png

+3

9

http://s8.uploads.ru/t/Gyo6X.png

Старый подвал

Зденка Чэра все колени себе и локти оббила уже об эти кавуны.  Уродилось в этом году – хоть мосты клади. И зелёных, и рыжих прорва, ходишь только по двору, спотыкаешься. Подвалы забиты все.
       Подвалы.
       Сердце сразу полоснул звонкий смех, тугие колени, ах, девочка моя, Аги Фарка!.. Плечи сливочные, трещит кофточка. Смеётся:
    - Если ты, Зденка Чэра, спустишься в старый подвал на краю деревни –  получишь то, чего хочешь! – и щурится на солнце, вспыхивает лукавым огнём.
      Кто ж туда спустится?!. Последнюю избу год назад сожгло дотла – что там было? Не знает никто, обходят, колья кидают только, от греха. А подвал там должен быть. Набит, небось, добром, - Зденка отогнала крамольные мысли и нахмурилась. Какое добро? Всю жизнь только и клала в подвалы, трамбовала. Растила, сеяла, пахала. Кому? Зачем? Сколько себя помнит – а помнит уже вёсен пятьдесят, не меньше.
       А потом вот прошла Аги, швырнула в неё охапкой полевых, хлестнула по лицу – и захохотала; и Чэра с тех пор скребет чёрными ногтями стену у кровати. Каждую ночь скребёт – ноет у неё нутро, звенит. Лицо бы  иной раз изодрала от муки – скотину боится с утра напугать, а то бы впилась. Глядишь, и полегчало бы. Зденка остановилась, втягивая вечереющий воздух. Рыжий свет молодил скулы, лоб разгладился, она жарко облизнула сухие губы, стерла паутинку с лица.
     - Зденя! – вонючей сладостью ударил сзади голос, всё там – и хрипотца, и вина залейся, только повернись – утонешь. Явилась, чтоб её в плетень залатали, дынями своими трогать ещё начнёт, фу!..
      - Чего ещё? – Зденка покосилась через плечо, не желая подпускать  к себе эту  развороченную страстями воронку, Схичу Тауа, прелую, перезрелую бабу.
      - Сегодня но-о-очь, знаешь? Та самая, не забыла, что ль? – Схича уже стояла близко, царапала глаза грудями, дышала тяжко.  Глаза её замутились, ресницы отяжелели, - идём, Зденя, я дам тебе…забудь её, куда тебе така лялька, эта А…
      - Заткнись, лопатой врежу сейчас! – прошипела Чэра и схватилась за черенок.
        Схича полыхнула зеленью глаз, скрипнула зубами:
      - Куда тебе до молодого мясца-то, на себя давно глядела? В корыто морду сунь! – и дотянулась к бадье, черпнула воду и брызнула в лицо. - Тоже мне, вишня в цвету…
       Чэра закусила губу и додержала себя, пока  бестия, колыхая телесами,  не вывернула за забор, а потом колени подломились, она опустилась прямо на землю и тихо, сухо зарыдала. Что ж это за мука такая?! Кто ж знал, что так бывает-то?.. Как зверь, от плетня до плетня слоняешься, бьёшься, за водой идти боишься – вдруг Аги на реке?  Вдруг одна?.. Вдруг – с подружками, засмеют, глиной мокрой закидают – старая она, чего уж, какая там вишня…
      Женщина шагнула к бочке с водой и робко опустила глаза, встретилась с отражением: стара, да. Космы смоляные падают плющом, сдвинуты брови, глаза только  - как небо дождевое, воды полны, жизни нерастраченной. Ах, Аги Фарка, головку бы твою розовую, гладкую, прижать чёрной ладонью к себе!
      - Всё мечта-а-аешь, - опять вкрался приторный голос, - смотри, Чэра, захватят тебя Духи Осени с твоими мечтами да унесут, что и под снегом никто не найдёт! А твоя Аг…
      - Изыди! – взвизгнула Здэнка, схватила семенной огурец и, не помня себя, метнула  Схиче в голову. – Чтобы и духу твоего у моего порога! Не было ничего у меня с тобой! НЕ БЫЛО!!!!
        Тауа заголосила на всю округу и ринулась по улице, распахнув себя в остатках огурцовых семян:
      - Ой, да что делается!.. Да мои ж вы!... Да убивают в праздника канун!.. Ополоумела совсем старая Чэра, носит в себе паскудные мысли!... Ой, закрывайте дочерей своих от глаза её дурного! – и уже скрипели окна, высовывались головы, пламенели уши от слов таких.
      По традиции, перед святым-то днём, одного сельчанина непременно в лес вели и там Духам Осени отдавали; обычно это пьянчужка был или дебошир какой-нибудь, ну, неугодный общине, так что не причитали. А женщин не уводили никогда, берегли. Однако, года три уже никакого худого человечишка не подворачивалось – всех уж того, проводили далече. И Духи Осени вроде как недовольны стали: урожай-то жиже. Да порча идёт по погребам, да грызуны,  плесень. Сейчас любой за вилы схватится, только крикни. А у Зденки к тому же, как назло, полный огород и подполы добра – вот соседей злоба и точит.  Если сейчас эта дура Схича разорётся на всю округу, замажет всем глаза своей злобой и ревностью, то Зденке не то что Аги  – завтрашнего солнышка не взвидеть.
         Схватив лопату, Чэра с прищуром метнула взгляд в сторону хлопающих ставен, калиток, лязгающих вил – и, чуя недоброе, перемахнула через забор и сама помчалась к лесу. С гиканьем и криками заполошная толпа подхватилась и погнала её, внутри людской тучи визжала Схича:
        - Девок свращает, девок ваших!!. Цветики ваши топчет в грязи!.. 
        Чэра летела быстрее ветра и вдруг, сама не зная как, свернула прямо перед лесом к пожарищу  избы-то последней, т о й  с а м о й, да скобу сразу углядела от подпола, рванула на себя – и отворила преисподнюю. Бездна коснулась её лица влажной прохладой, поманила. Зденка последний раз взглянула на толпу, и за неё, дальше – где белела гладкая тугая головка, душистая, наверное, и такая нежная…
          И прыгнула вниз.
          Как так вышло – сама она зацепила дверцу, когда падала, или сельчане её потом завалили - но Зденка очнулась на полу в кромешной темноте. Отдышавшись, она прислушалась – наверху было тихо. Поразмыслив, что где-то рядом должна быть лестница, Чэра протянула руку, пошарила по земле - и на шорох ладони отозвался за спиной длинный вздох:
        - Н е   н а д о…
         Чэра дёрнулась вперёд, обернулась и сжала кулаки, приготовясь бить насмерть. Влага шептала теперь в лицо, разглядывая полные ужаса человеческие глаза:
        - Не  н а д о…
        В этот раз чуткое ухо Чэры уловило что-то, что звенело и у неё внутри с некоторых пор, и ответила хрипло:
        - Чего не надо?!
        - Б о я т ь с я…
        - Да я тебя лопатой…
        - …и  з а щ и щ а т ь с я…
        - Чего надо?!! – Зденка по молодости и медведей валила в лесу, и кабанов, поэтому силы и ран не боялась, но пугала говорящая тьма, шёпот, раздававшийся отовсюду.
         - О д н у   н о ч ь, - и вдруг что-то мазнуло её по щеке, дрожаще и легко.
         Зденка глотала слова ужаса и мольбы, с ней делалось что-то невероятное, шёпоты проникали сквозь пряди волос, ласкали шею, раздвигали ворот старой блузы, пуговица отскочила и упала где-то.
          - …с  т о б о й, -  волна предвкушения прошла по позвоночнику, от затылка и вниз, и в ответ на вскрик Зденки наверху закачались и зазвенели  ножи.
         - К р и ч и…
         - Кто ты?!
         - Я  п р и ш л а   н а   т в о й   з о в…
         - Я  не звала никого!!!
         -  Н е у ж е л и… ц а р а п а я  с т е н у  н о ч а м и…
         - Не тебя!!!
         - Т ы  тонешь в   ж е л а н и и… 
         - Не  твоё дело!!!
         - М  О  Ё…
         И в следующее мгновение тысячи рук, тысячи губ и языков прильнули к Чэре, вынули её из одежд и распяли. Она не знала, как это бывает, как это возможно – но всё, что с ней делала тьма, было её мыслями – и тонкие царапины, и горячие прикосновения, и укусы; грязный шёпот, нежный шёпот, слова, которые складывались ужасно и сладко, и главное – её тело, которое само отвечало, стонало, благодарило и таяло в преступном наслаждении. Ножи наверху колыхались, срывались и падали - рядом, близко, холодя и обжигая кожу.
          - Кто ты?..
          - Т ы  з н а е ш ь …
          - Кто ты?!!..
          - Т ы  п о й м ё ш ь   с а м а… П о т о м.
         «Потом, всё потом», - отбросила мысли Чэра и провалилась в забытье. Ещё не раз  тьма будила её мучительными ласками, не раз Зденка впадала в яркую пронзительную боль, за которую отдала бы всё на свете. Земля теплела под ней и мягко пахла огнём. Казалось, что всё вокруг тает, растворяется, становится единым, пока не звякнул замок и не упал в темноту луч утреннего света.
         Кто-то там наверху прислушался, а затем робкий девичий голос спросил:
         - Госпожа Чэра, вы здесь?
         Зденка схватила себя за тело: одежда была на месте.
          - Госпожа Чэра?..
          Голос, милый голос тревожился и заглядывал сюда. Опасаясь, как бы Аги Фарка не сорвалась вниз, Чэра поспешила подняться навстречу:
           - Жива, - собственный голос оказался неожиданно сильным и сочным, - лестницу приставлю сейчас, отойди.
          Ступая по перекладинам к свету, она думала о прошлой ночи, о том, кто освободил её от мук последнего года. Выбравшись, она оглядела свежую и румяную девушку, неожиданно порывистым движением охватила её белокурую головку и прижала к себе.
          Вдалеке радовалась и шумела праздничным звоном деревня.

http://s9.uploads.ru/HQ8bM.png

+14

10

Мы представляем на ваш суд рассказы, посвященные Хэллоуину. Очень ждем ваши голоса и комментарии.

+4

11

интересно))
всегда казалось сложно писать страшилки и мистику ..))
с удовольствием почитаю )

+1

12

Вместе|0011/7a/32/482-1440601102.png написал(а):

Сколько ников здесь, узнайте!

Я на пятом сбилась)

0

13

Вместе|0011/7a/32/482-1440601102.png написал(а):

Вы загадку отгадайте,
Сколько ников здесь, узнайте!

Вроде 29...но, наверное,  где-то ещё два или один - чтобы было ровно (30) или 31 октября? )))

Вообще приятная такая задумка - как будто в сказке встретились все те, кто в виртуале )   + 1 УЧАСТНИКУ 1

Ещё понравился рассказ про путешествие с братом в Германию, Крысолова и лесби-ведьм )) Если расценивать рассказы как то, что можно жизненное рассказать и страшно-ужасное в эту ночь у костра - то самое то  :D

И приятен правильный такой переход от страшного к смешному -от Крысолова к детям и от ведьм к лесби-вечеринке, мне кажется, в этом самая соль этого праздника. +1 УЧАСТНИКУ 3

Всё остальное смешалось  в головоломный ночной кошмар, где коты-Бегемоты, Хранители и Кикиморы, Пожиратели и Бабы Ёги (или Яги)))), тут же два смелых мальчика, тут же две толстых девушки, которые всё время что-то едят, метро, кино и домино домик за городом  8-)

А вообще - клёво придумано, клёво сочинилось и всем писателям  большое спасибо!
http://s3.uploads.ru/t/ocDs8.png

+2

14

Вот блин) мне сложно не идентифицировать участника с приставленной к его работе гирляндой))

0

15

Heatofthemoment|0011/7a/32/8455-1562931347.jpg написал(а):

Вот блин)

Ув. дилектор, не палите людей ))) Я теперь буду таращиться на гирлянды и голову ломать :D

0

16

Надо было покороче. Прочитала 2 сверху и 2 снизу. По длине выбирала. Будет время, остальные прочту. Пока фаворит 2.

+1

17

Anadiomena|0011/7a/32/6044-1572033618.jpg написал(а):

Ув. дилектор, не палите людей )))

Да я ж тоже не знаю где кто)

0

18

Понравилась работа участника номер 1 — классная идея с никами форумчан) «Околохэллоунский рассказ-загадка»  http://s7.uploads.ru/t/i7nWB.png 
Понравилась работа участника номер 4 — про бабу ягу и неожиданную концовку) «Нарушенный запрет» http://s7.uploads.ru/t/mr81q.png

+2

19

осень неожиданно ))
пока нашла время ..
думала будут короткие зарисовки праздника.
а тут прям полноценные рассказы ))
   http://s7.uploads.ru/t/iDbMG.png

Отредактировано питер88 (02.11.19 15:01:17)

0

20

2й и 8й)))) больше всего, и в целом очень приятно и интересно всех почитать было)

+1


Вы здесь » Тематический форум ВМЕСТЕ » #Конкурсы и викторины » Конкурс рассказов к Хэллоуину. Голосование